Лихорадка Пифона

— Ты слаб, может, потом? — заботливо остановил его Амадиус.

— Легкие и трахея пострадали, тебе тяжело и вредно говорить, — поддержал его лекарь.

— Это важно, — не сдавался Феникс.

Изо рта у него пошла кровавая пена.

— Замолчи! Сейчас же! — зарычал Гордей.

Феникс понял, что не сможет произнести ничего, кроме шипения, и сдался. Гордей освободил его тело от остатков одежды, густо намазал желтой вонючей мазью, с помощью Амадиуса завернул в простыню. На глаза наложил повязку с синей массой, похожей на глину. Феникс успокоился и отключился.

Только после этого Амадиус позволил осмотреть себя. Лекарь наложил мазь и перебинтовал его кисти. Советник переоделся в удобный домашний халат и присел в кресло напротив спящего Феникса. Гордей расположился рядом.

— Он поправится? — спросил Амадиус.

— Он молод, силен, мозг цел, остальное отрастет, — уверенно сказал Гордей.

— Когда он сможет говорить? Он знает что-то важное.

— Ты видел, как он выплевывал легкие. Часов пять-шесть — это минимум.

— Назначу сбор на шесть утра.

— Вполне, — заверил Гордей.

Лекарь весь вечер и всю ночь не отходил от Феникса, мазал раны своими разноцветными снадобьями, менял повязку на глазах. К утру он начал потихоньку поить пациента целебными отварами.

В шесть утра Феникс уже сидел на диване, с совершенно голым черепом, без волос, бровей и ресниц, с пятнистой кожей, где уцелевшие от огня участки соседствовали с новыми нежно-розовыми зонами. Из-за опухших век, покрытых прилипшей синей мазью, узкой полоской виднелась красная масса поврежденных глаз.

Первым пришел пунктуальный Левон, затем шумно ворвался Булат.

— Красавчик! — гоготнул он.

Драконы зашикали на стражника. Феникс попытался улыбнуться опухшими губами, обнесенными черными корками. Он никого не видел, но слышал и хорошо представлял каждого из собравшихся в гостиной.

— Феникс, все знают, что вчера произошло. Мы собрались, чтобы услышать твой рассказ. Конечно, если ты можешь говорить, — начал необычное заседание советник Амадиус.

— Я видел мертвых драконов, кровь, — хрипло сказал Феникс. — Рядом стоял Озоберг со шкатулкой в руках, — добавил он мучительно.

Феникс с трудом пересказал подробности увиденного, стараясь не упустить ничего важного. После его рассказа драконы долго молчали, не зная, что думать и говорить.

— Возможно, это какой-то знак, аллегория, — с надеждой обратился ко всем Гордей. — Феникс сейчас больше всего хочет найти Озоберга, укравшего Серафима. Вот и привиделся кошмар.