Иди ты к лешему!

Меня преследовало стойкое ощущение, что я где-то сильно нашкодила, и вот сейчас последует неминуемая трепка.

- Мам, чего он взбесился? Ему-то я что сделала?

- Расскажет. Ох, Настенька… как же Лука сейчас нужен, как же сильно он нужен нам, доченька…

Она настолько расстроилась, что я не стала больше ни о чем выспрашивать. Потом вылез из воды злой Юрка и отчеканил, глядя на меня:

- К реке ни ногой! Чтобы тебя здесь никто не видел. Голову замотай той своей тряпкой, так и ходи.

Я тяжко вздохнула и виновато потупилась, непроизвольно бросив взгляд на заросли, скрывающие поворот реки.

- Твою ж дивизию… - обреченно выдал брат и ушел по тропинке за поворот.

- Там просто парни рыбачили и что? Я же в трусах была, а топлесс сейчас вообще – ничего такого, – оправдывалась я перед Мышкой. А сама думала – ага, как же - ничего такого, особенно в русской глубинке. Вот же дура, и чего меня понесло на этот камень?

Юра скоро вернулся, и мы поплелись за ним к дому. После нервной встряски опять хотелось в воду.

Я шептала:

- Мам, расскажи ему сама, а? А то я уже боюсь. А я Светке помогу чего, ладно?

- Ладно, только Яроню нужно подождать. Что два раза об одном и том же? Ох, чует мое сердце, что и я еще многого не знаю…

Возвращаясь, я внимательнее осмотрела заставу. Вот это длинное здание - казарма, очевидно. Потому что возле него ходили и чем-то занимались бойцы. Совсем рядом здание аккуратное и небольшое. Похоже – штаб. Плац перед казармой, а напротив точно – столовая.

Потом опять небольшой домик, а на нем какая-то табличка. Выяснилось, что это медсанчасть. Дальше, за штабом - четыре двойных дома, тоже построенные каркасно-щитовым способом, как и всё остальное здесь. Это жилые дома для комсостава. Всё очень компактно и огорожено высоким металлическим забором, а поверх него проложена закрепленная поверху спираль Бруно. Я уже видела такую на нашем предприятии. Между постройками росли высокие и старые сосны, придавая городку уют, а вот кустов нет - вырубили. Потом дошло, что так могут бороться с клещами на территории заставы. Пусть их сейчас и нет, но это дело налажено, поэтому трава выкошена почти под корень. Мы подходили к дому.

На крылечке, опустившись на ступеньку, сидел Ярослав. А увидев нас, вынырнувших из-за поворота, подхватился и поспешил навстречу. Сначала обнял и поцеловал маманю, а потом закружил и затормошил меня, смеясь и не отпуская.