Чёрным золотом. Пробуждение

— Ты всегда отличался особым человеколюбием, Мердок! – Вольдемар и не думал ничего рассказывать ему.

— Если ты целуешь меня в задницу, будь готов к тому, что она может оказаться неподтёртой, – он уставился на Шольца. – Ну, так и что это за новости, которые так переполошили наших подхалимов?

— Всему своё время. Не забегай вперёд паровоза, а то придётся бежать всё время, иначе раздавит.

— А ты ещё про моё человеколюбие иронизируешь.

Мердок похлопал генерала по плечу и удалился занимать своё место.

Вольдемар же допил свой кофе и направился к трибуне.

Когда он занял своё место, шум и разговоры в зале начали стихать. Спустя ещё пару минут в помещении воцарилась тишина.

— Как вы все поняли, собрались мы здесь по весьма болезненной для нас причине. Известная во всём мире под именем Примы серафима остаётся белым пятном для нас.

— И что же изменилось? – Мердок слишком долго работал в ЦРУ, чтобы слушать раздражённый шёпот «молодёжи» за спиной.

— Всё! На данный момент мы располагаем информацией о её настоящем имени и о многих её грязных делишках.

Реакция зала была вполне предсказуемой. И неудивительно! Два года ЦРУ, ФБР, КГБ и ещё чёрт знает сколько различных организаций билось над загадкой «Прима», и вот теперь какой-то генерал объявляет, что этот ребус оказался не таким уж и сложным.

Около десяти минут Вольдемар Шольц молча стоял, даже не пытаясь успокоить взволнованных людей.

Наконец, все успокоились и пришли к общей мысли, которую и озвучил Мердок.

— Ну так выкладывай!

* * *

Мы уже довольно долго сидели в небольшом домике, что так любезно предоставил нам Сильвестор.

Маркус продолжал нас прикрывать, но все прекрасно понимали: надолго его не хватит.

Кажется, у Стаси началась тихая истерика, во всяком случае, вступать в короткие диалоги она отказывалась.

Серафимы находились в соседней комнате, изредка выбираясь к нам. Они, вроде, и не собирались вылезать вперёд, но то и дело предлагали свою помощь. Особенно Анна. Дерек же засматривался на Стасю, и от этого мне становилось даже весело – похоже, наша полукровка крайне популярна среди мужского населения.

Малькольм же сидел тихо. Зная его, я предполагал, что он таит обиду. Потерпеть такое крушение и унижение от меня было выше его сил.

Последние несколько минут мы провели в молчании. Тем оглушительнее нам показался звонок мобильного Маркуса. Надо же! Он и мобильный с собой таскает!

Маркус поднял «трубку». Он отвечал односложными «да» и «ок».