Чёрным золотом. Пробуждение

Увидев крылатых, приготовился к бою, но присмотревшись получше, расслабился. Спустился с крыши.

И первым его вопросом было:

— Где я?

— Может, в США? – язвительность тёмного Маккоя, как и всегда, была на высоте.

— В США???

— А где ты хотел быть?

— В Польше...

— В Польше?

— Я во врата в Варшаве вступил.

— Ого!.. И как тебя сюда занесло?

— Я и сам хотел бы знать.

— Судя по тому, какое сражение мы тут устроили, такое вполне возможно, — Маркус потёр подбородок.

— Ладно, — Александр отмахнулся от новоприбывшего и повернулся назад к серафиму, — Ну, будем говорить?

Пленник сдался.

Опустил голову и уставился в землю.

— Я всё скажу... Только...

Резкий удар слепящего света был неожиданным для всех. Среагировать успел только Александр, но отразить его полностью даже у него не получилось. Атака ранила серафиму руку.

— Чего?! – всё удивление Маккоя прозвучало в этом вопросе, — С каких это пор вы друг друга убиваете?

Александр повернулся к Приме, стоящей в нескольких десятках метрах.

Серафимы следовали за своим непоколебимым и непогрешимым, как они считали, лидером.

Сражаться им не хотелось, но в присутствии своей повелительницы никто не смел дать слабину.

И вот они достигли места их прошлого сражения, уже видели своего товарища, стоящего на коленях перед Александром. Они ускорились. Надо было спасти его. Те, кто узнал парня, уже почти обогнали Приму, и вдруг...

Серафима остановилась и атаковала.

Даже тем, кто только начал тренироваться в Ватикане, было понятно: удар не был нацелен в Александра.

Более того, нефилиму пришлось самому подставиться, чтобы спасти жизнь серафиму.

— Чего?! С каких это пор вы друг друга убиваете?

— Предатели должны умереть, — слова набатом отдались в головах всех серафимов.

«Предатель?!»

— Предатель? – Александр поднял бровь, — Теперь пленники так называются?

— Запятнать себя разговорами с нечистым – предательство.

— Ого! – парень откровенно высмеивал её, — Так вот какая она, главный ангел нашего мира.

Рана на плече серафима была очень серьёзной, ещё немного, и он умер бы от потери крови.

Стася ринулась к нему и едва успела. Потерявший сознание серафим уже не видел, как девушка применила один из своих «щитов».

Пока серафимы не двигались, скованные стоящими перед ними Александром и Примой. Напряжение между этими двумя было настолько велико, что почти ощущалось физически. Никто не смел нарушить молчаливое переглядывание. А вот Стасе на всё было плевать, позволить парню умереть она не могла.