Спасение сына великана

Самым привлекательным казалось Ладожское озеро, с которым он был немного знаком.

— Оно огромное, как море, — рассказывал он Лиле. — Послушай, что написано: крупнейшее пресноводное озеро в Европе, второе по величине в России после Байкала, длина 220 километров, ширина 123 километра, глубина до 230 метров. То, что нужно. Вода пресная, ты сможешь плавать вместе с Ирис.

— Странно, но я никогда не встречала русалок из Ладожского озера.

— Вот и хорошо. Ты ведь не хочешь видеть некоторых знакомых. Завтра съездим и посмотрим.

На следующий день, в субботу, встали пораньше, чтобы выехать до пробок. На шоссе машин оказалось немного. Шел дождь. Дачный сезон закончился, и в пасмурный осенний день люди не спешили покидать городские квартиры. Феникс уверенно вел автомобиль. Они мчались мимо небольших деревенек, голых деревьев и пожухлых полей с грустными коровами. Капли дождя стучали по стеклам, дворники работали, не переставая. Еще издали Феникс увидел огромные железобетонные арки монумента «Разорванное Кольцо».

— Это памятник блокадному Ленинграду. За ним, вон за теми высокими камышами уже Ладожское озеро, — показал он Лиле.

Возле монумента он повернул налево, проехали еще немного и припарковался возле Осиновецкого маяка. Его высокая полосатая красно-белая башня была видна отовсюду.

— Прогуляемся, — сказал Феникс.

Они пошли от маяка налево. С Ладоги дул пронизывающий холодный ветер. На широком пляже было пустынно, лишь несколько мальчишек гоняли мяч. Ирис бежала впереди, радостно смотря на бесконечную массу воды.

— Как-то мне не по себе, — сказала Лиля.

Она побледнела, ее голубые глаза поблекли, стали цвета мутной воды. Феникс сразу вспомнил их первую встречу. Такими глазами Лиля смотрела на Михайловский замок. Дракон взял ее за руку и заботливо спросил:

— Что с тобой?

— Здесь убивали и душили людей.

— Здесь много людей погибло во время войны. Отсюда начинался путь через Ладогу.

— Что-то мне расхотелось здесь плавать.

— Почему это беспокоит тебя? Прошло столько лет. Неужели тебя пугают утопленники? Русалки сами утаскивают людей на дно. Разве не так?

— Все так. Убиваем, топим, а потом жалеем…

Рядом с берегом словно из воздуха соткалась небольшая лодочка. В ней на скамейке сидел ладожский леший Сан Саныч, одетый в тулупчик, вывернутый наизнанку, брезентовые штаны и резиновые сапоги.