Тайна дома № 12 на улице Флоретт

Мистер Финикус снял с полки закрытую банку, полную жужжащих мух, и дернул рычаг старенького кассового аппарата; со звоном выдвинулся лоток.

– С вас двадцать восемь фунтов, мэм. По фунту – за муху.

– Я зайду завтра – сообщу вам, помогли ли они.

– Всенепременно, – вздохнул мистер Финикус.

Миссис Кидни заплатила. Взяв банку и свое растение, она горделиво вскинула подбородок, демонстрируя мистеру Драбблоу свое презрение, после чего покинула лавку.

Когда дверь за ней закрылась, мистер Драбблоу подошел к стойке.

– Я уже думал, она никогда не уберется, – сказал он.

– Чем могу помочь, сэр? – спросил мистер Финикус. – У меня есть замечательный Непентес Вирдля. Он цветет, если обзывать и оскорблять его.

– Что? – возмутился мистер Драбблоу. – Мне не нужно никакое растение. Я пришел по другому делу.

– О, так вы привезли новых мух?! Это хорошо – мои серые комнатные уже заканчиваются. Надеюсь, мистер Фоули предупредил вас, что дохлые не подходят? Здешние растения предпочитают живых мух.

Мистер Драбблоу поморщился, отчего усы заходили ходуном под его большущим носом.

– Я что, похож на ловца мух?

Хозяин лавки удивился.

– Если вам не нужно растение и вы не привезли мух, я теряюсь в догадках…

Мистер Драбблоу перебил его:

– Я знаю, что он здесь. Позовите его!

– Кого?

– Не нужно прикидываться и тратить мое время, Финикус.

Джаспер распахнул рот. Что еще за Однорукий? Этот таинственный Однорукий заодно с Драбблоу? У них шайка? Может быть, он ему помогает травить людей? Или здесь что-то другое?

Мистер Финикус нахмурился.

– Я не знаю, о ком вы говорите.

– Не стоит со мной шутить. Я все знаю о ваших с ним делишках. Он заигрался, Финикус. Мне нужно переброситься с ним парой слов.

– Боюсь, я не понимаю, о чем вы говорите, сэр, – повторил хозяин лавки.

– Не испытывайте мое терпение! – рявкнул мистер Драбблоу и угрожающе придвинулся к цветочнику.

– Сэр, я вынужден просить вас удалиться.

Драбблоу сжал зубы и натурально зарычал, всем своим видом походя сейчас на злющую собаку, которая не ела пару дней и тут завидела толстый зад какого-нибудь констебля, прогуливающегося у забора.

– Однорукий не сможет мне помешать! – рявкнул он.