Святоша. Империя храмов

— Гули! — очухалась вредная бабка и, резво схватив внука, метнулась в домик, хлопнув дверью.

— Да вашу же мать! — огласил я свое мнение пустой улице и клыкастым мордам, выглядывающим из-за деревьев.

Пока гули то ли стеснялись, то ли обсуждали как меня сподручнее разделить на всех, я подошел к сторожке и громко постучал. Мне не то что не открыли, там сделали вид, что никого нет дома.

Зашибись, ночка! С другой стороны улицы стояли остатки домов. Укрытие из них аховое, да и не факт, что успею добежать. Монстры тем временем определились с намерениями и заскрежетали когтями под надгробиям, подбираясь ближе.

Не такую практику ожидал, и не так скоро, но гулям было насрать на мое расписание. Они атаковали сразу с двух сторон. Только смазанные тени метнулись по бокам и раздался свист.

Высокий, сбивающий с толку. Звуковой удар и сигнал.

Правой рукой мне было привычнее сражаться, поэтому ушел от левого, и пока тот врезался и отлипал от хрустнувшего строения, рассек второго. На мгновенное поражение я и не надеялся, поэтому немало удивился, когда тварь плюхнулась на землю, превратившись в месиво.

Демоны двигались быстро, но недостаточно. Проблема была только в том, что их было много. Как только я припечатал первого, словно букашку, избавив от головы, хлынули остальные.

Они подбегали и прыгали, раскинув лапы с тупыми когтями-лопатами. Мне оставалось только крутиться и размахивать косой, почти не глядя куда. Вторая атака тоже захлебнулась, нашинкованные тела падали к моим ногам.

А я остервенело полосовал их, отрываясь за всё произошедшее.

Кровь, или что там было внутри этих тварей, облепила лезвие и стекала, делая руки скользкими. Я пропустил одного, меня сбили с ног, я споткнулся об останки и начал падать назад.

Тут же внутри забурлило жаром, коса воткнулась передо мной, заодно протыкая круглую башку ближайшего гуля. За оружие, воткнутое в землю, я подтянул себя и прыгнул в копощащуюся массу.

— Стоять! — заорал я, увидев, что демоны принялись разбегаться.

Визг перешел с устрашающего на трусливый, и гули кинулись врассыпную, виляя и прячась между могилами.

И началась гонка. Я носился, по пути подрезая и деревца, вылавливая тварей по одной.

Мельтешение тропинок, могил и улепетывающих лап сливалось в одно пятно. Глаза словно перестроились, выискивая врагов и посылая сигнал в мозг. Не то, чтобы я не промахивался. Охотясь на остатки нечисти, я разнес половину кладбища, придал новую форму деревьям и проложил несколько новых троп.