Святоша. Империя храмов

Вверх тормашками картина превратилась совсем в безумную. Под ногами чистое голубое небо, над головой зеленая трава, а между ними это долбанные тощие черные дыры.

А ещё они молчали. Ни одного звука не доносилось от демонов, даже когда я их резал, а цепь наставника крошила головы. И, пока я болтался, наслаждаясь бунтом вестибулярки, увидел таки их хари.

Безносые и безротые, только глаза, вертикальные щели с одними белками. Видимо, этот вид с подвидом, дадут боги я узнаю и забуду их латинское наименование, приспособлен для беззвучной атаки в совершенстве.

Невидимость и неспособность издавать звуки, вот же хрень!

Сбоку вдруг что-то бахнуло и меня обдало жаром, дав возможность нанести удар, пока твари отвлеклись. Я извернулся, качнувшись и засадил острие куда-то в подмышку демону.

Лапа дрогнула и согнулась, приближая к себе. Я просто подрезал ноги и, пока мы падали, воткнул косу промеж глаз. Перекатился и замахал косой перед собой, ко мне тут же потянулись их руки.

Держать древко за самый край было неудобно, но о моем комфорте твари ничуть не беспокоились.

Я отползал на одной руке, крутя второй и со злорадством слыша, как там что-то щелкает.

Из-за деревьев нахлынула ещё одна волна воплей, но теперь похожих на призыв к атаке. Я избавил от лишних конечностей пятерых демонов, оставалось ещё трое и они сменили тактику.

Будто до них только что дошло, что их видят. Тугодумы принялись забрасывать меня трупами сородичей, обходя с флангов.

— Ильяяяя! — раздалось справа и следом прилетело лезвие, насквозь пробив башку одной из тварей.

Я уже не отбивался, а перекатывался туда-обратно, уворачиваясь от бросаемых в меня тел. Но подрезать ноги другого зазевавшегося истукана успел. Третьего обхватила цепь наставника и он полетел ко мне, встретившись шеей с серпом.

Лезвие застряло, я дергал и он булькал в такт, пока наконец не начал оседать. Глеб подскочил и протянул руку, быстро подняв меня на ноги.

— Живой? — озираясь, спросил монах и не дожидаясь ответа рванул в сторону криков.

Мы помчались, виляя между стволов в новый бой.

И тут наконец на помощь пришла тяжелая артиллерия. Сколько эти безумные пляски длились, я не знал. В горячке битвы время всегда искажается.

Со стороны обители раздалось многоголосое «во имя Вечной!» и грохнул взрыв, а следом автоматная очередь. Впереди заволокло дымом и мы сменили направление. Так и под огонь своих попасть легко.

— Отходите! — гаркнул кто-то и бахнуло снова.

Полетела земля и ветки, началась канонада взрывов и вспышек.