Святоша. Империя храмов

— Сколько нужно, столько подождём. Мы никуда не торопимся.

С секретаршами дружить и ладить необходимо так же, как и с бухгалтерией. Они умеют и в буквальном, и в переносном смысле, открывать любые нужные двери. И брать эти неприступные крепости можно только измором и терпением.

Женщину его спокойная речь не убедила, но возразить было нечем. Поэтому она сделала вид, что нас тут нет и занялась бумагами, лежащими перед ней на столе.

Мы расселись по кушеткам и принялись ждать. Марья Степановна периодически смеряла нас строгим учительским взглядом, от которого хотелось сложить руки на коленях.

Она шуршала бумагами, вздыхала, осуждающе качала головой и даже прошлась по помещению, поливая из позеленевшей бутыли многочисленные цветы в горшках.

Глеб сидел с невозмутимым видом, здоровяк подражал ему, а я скучал. Ни журналов, ни буклетов. Заняться было совершенно нечем. Громко тикали настенные часы, отмеряя минуты.

Я уже начал звереть от безделья, как дверь кабинета распахнулась. Шарообразный начальник этой обители выкатился и недовольно зыркнул на нас.

— Не видела, когда вы вернулись, — тут же выдала вахтёрша очередную ложь.

Настоятель хмыкнул, но разозлился ещё больше:

— Ну чего ещё, брат Глеб? Теперь в чём дело? Адептов на порку притащил? Я занятой человек, у меня нет времени...

— Я отниму только минуту вашего времени, — мужик сохранял хладнокровие. — Один небольшой вопрос. И сразу уйду.

— Минуту? — колобок, кажется, поверил такому вкрадчивому тону. — Ну боги с тобой, заходи.

Длилась эта пытка ожиданием не минуту, и не две. Ждали мы не меньше часа. Сначала за плотно закрытой дверью было тихо. Потом сквозь отличную звукоизоляцию начали пробиваться крики.

Орали глухим басом и отвечали высоким визгом. В стену с той стороны что-то влетело и разбилось. После чего вопли участились и вдруг резко прекратились. Я к тому моменту начал ёрзать на месте, разминая затёкшие ноги.

Марья Степановна на моё движение в сторону кабинета приподняла одну бровь, усаживая одним этим жестом обратно.

Действительно, ор возобновился. Увесистые бьющиеся предметы прилетали в стену ещё пару раз. Снова раздался непродолжительный высокий крик и через несколько минут тишины дверь распахнулась.

За спиной целого и невредимого Глеба маячила красная рожа настоятеля. Оба были не очень довольны, но явно договорились.