Абьюз

Если бы этот новый Кристалл-холл запомнили дорогие мне люди, оставшиеся навсегда в своём времени, как бы радовался я всем этим новинкам!

Зная Ральфа, в глубине души я страшился его появления. Он был не из тех, кто легко смиряется с неприятными для себя вещами. Очнувшись после векового сна, разъярённый, опасный как для себя, так и для окружающих, вряд ли он будет счастлив.

Интересно, Синтия нарочно собирается бросить братцу Сандру? Как игрушку? Или как громоотвод?

Странную, непохожую на всех, кого мы знали в прошлом, Сандра наверняка привлечёт его внимание.

Ральф любит сражения. Любит мериться характерами.

А ещё он не знает к людям ни сочувствия, ни жалости. Это их с Синтией роднит.

Мне стало жаль девушку. В её жизни и так было достаточно неприятностей. Она заслуживала счастливый финал, которым Ральф Элленджайт под номером три никогда не сможет стать.

Я вышел на улицу, спускаясь по тропинке туда, где раньше был самый великолепный парк в мире.

Местный Версаль, обставленный согласно нашим личным вкусам.

Снег уже сошёл, но земля дышала влагой, хлюпая под ногами. Ветер был сильный, южный, обещающий тепло, но пока ещё пронизывающий, пробирающий до костей.

Я хотел видеть Ральфа, это правда. Если бог существует, он знает, как сильно я был к нему привязан… ладно, не привязан. Я любил его. Несмотря на то, что во многом не понимал, не одобрял и был слабее его. Когда Ральф был жив он был и ярче, и сложнее, и сильнее меня, как личность.

Он не знал сомнений. Он не знал жалости. Мне кажется, я не ошибусь с предположением, какой генетический материал был взят для создания несравненного по своему чудовищному цинизму, Рэя Кинга.

Теперь Ральф мёртв. Воскрешать его, значит, спускать второе чудовище с поводка – спускать его против воли самого чудовища, потому что в том, что собственное воскрешение моего любовника и сводного брата не порадует, я не сомневался.

Он не простит мне того, что, зная о намерениях Синтии, я отошёл в сторону и позволил ей (в очередной раз) поступать по-своему.

Его существование усложнит жизнь всем и не будет ему в радость.

– Ты похож на призрака, братец! В этом саду, стоит в него спуститься, всё становится на него похожим.

– Ты за мной следила? – не оборачиваясь, спросил я.

Синтия обошла меня и встала передо мной на тропинке, преграждая путь. Красивая и как никогда живая.