Городская Легенда

Каждый рисунок оставался на столе не дольше пары секунд, после чего пальцы смешивали семечки и принимались выстраивать символичное противостояние света и тьмы заново. Пальцы действовали уверенно, и каждый следующий рисунок становился сложнее предыдущего, но все это не устраивало обитателя. Ему как будто не хватало какого-то важного элемента, чтобы достичь идеальной гармонии в своем творении.

Ночной гость улыбнулся и смело подошел к толстой деревянной двери. Оценив массивность препятствия, он сжал кулак и трижды ударил им по дубовым доскам.

И лишь после этого догадался потянуть дверь на себя.

– Кто там?! – раздался изнутри сильный голос.

Ночной гость шагнул внутрь. Подошвы его берцев глухо стукнули по доскам пола.

– Зачем спрашиваешь, если все равно не запираешь? – вкрадчиво поинтересовался он, выходя из сеней в комнату.

Хозяин медленно поднялся из-за стола и внимательно посмотрел на гостя. Тот улыбался. В неровном свете огня он казался вынырнувшим из холодной тьмы посланником ночи.

Хозяин же словно был самим воплощением огня. Несколько мгновений они молча смотрели друг на друга, а затем хозяин избушки тепло улыбнулся.

– Мои двери всегда открыты для старых друзей! – ответил он.

Они пожали друг другу руки.

– Рад видеть тебя прежним, Кудесник! – со странным оттенком ностальгии в голосе произнес гость.

– Рад видеть тебя прежним, Громозека! – ответил хозяин избушки.

И было в словах обоих столько тепла, что огонь в печи словно стал гореть ярче, приветствуя эту встречу.

Гость вдруг потянул носом воздух и принялся озираться.

– Я его чую! – воскликнул он. – Да, это он! Аромат твоего знаменитого чая из порея!

– Из кипрея, – поправил Кудесник.

Он повернулся к печи и снял с чугунной плиты чайник, который уже исходил паром.

– Сейчас такого аромата добиться непросто, – с оттенком гордости в голосе добавил он. – Прошу к столу. Проголодался, небось, как.

.. как Громозека на ролевке!

– Валерьянки чур не предлагать! – усмехнулся гость. – Вяленой эльфятины тоже!

Интерьер избушки был прост. Главным его украшением служил могучий стол, уставленный десятком чайников, заварников, кадушек и ящичков. Каменный бок печи подпирала старая деревянная кровать с изголовьем и изножьем; напротив возвышалась конструкция, похожая на помесь письменного стола и шкафа для посуды.