Бег по лезвию клинка

Что, сила есть, так ума и не надо? А ты повспоминай, как это делается, вдруг на пользу пойдет, — одновременно со словами она увлекает меня за собой по узкому ходу, где и идти то нужно, согнувшись в три погибели. — Нахрапом взять решил, собственной персоной приперся, не в чужой оболочке… Теперь ему долго с силами собираться.

— Ты это о чем?

— Ну как же… Я не в своем настоящем теле, а он сам пожаловал. Силы больше захотелось, полных возможностей. Посох нефритовый ему в глотку, да чтобы с другой стороны вылез!

Последнему пожеланию сопутствовал столь экстравагантно-непристойный жест, что вся подоплека пожелания, и раньше не бывшая особенно скрытой, стала вовсе прозрачной и оскорбительной.

— Ничего, временно исчезнет, а там уже другая ситуация будет, выгодная для меня. Повезло, что сунулся нахрапом, не понял, что я это место давно еще приготовила, выбрала со всем старанием. Здесь и со слабыми силами можно чужого сдержать, — слова вылетали из нее, словно пули из автомата.

Да уж, ей точно хотелось выговориться, похвалиться, просто поделиться с кем-нибудь всем произошедшим. — Проповедник… Хорошо хоть он сюда сунулся, другие поопаснее будут.

— Дорогая моя, ты не забывай, что для меня все происходящее несколько диковинно и малопонятно, — малость притормозил я ее. — Ты бы хоть разъяснила что к чему.

— Разъясню, не изволь сомневаться, только сначала оторвемся от возможного преследования, а заодно и кое-что еще сделать надо. Ты что, думаешь, будто отслеживают вас всех по датчикам, что в одежде или других предметах? Нет… Они вам внутрь маячок подсадили, чтобы уж наверняка не обнаружить.

А остальное так, для успокоения тех, кто окажется достаточно сообразительным. Сейчас мы его извлечем…

Тонкие, изящные пальцы легкими прикосновениями ощупали мою голову. Видимо, именно туда подсадили ту самую следящую пакость. Так, кажется, она что-то нащупала. И что дальше? Хм, а ничего особенного — женские коготки порой могут быть вполне острыми, чтобы рассечь кожу, тем более в том месте, которое уже совсем недавно подверглось такой операции.

Боли не было совсем, так, чувствовалось не слишком приятное нечто, но не стоящее никакого беспокойства.

— Вот и оно, лови сувенирчик…

Да уж, сувенир, нечего сказать. Нечто вроде маленькой капсулы, размером не более рисового зернышка, а сколько от сей мелочи неприятностей. Лети ты отсюда, уродское изобретение, аккурат на пол. Заодно и каблуком его, покрепче.