Бег по лезвию клинка

Визг, вой, эта тварь падает на пол и начинает очень мерзко вопить, пытаясь зажать рану. Второй, теперь уже в левую ступню…

— Лио, убери покойную с кровати, освободи место для нового постояльца.

— Со всем нашим удовольствием. Только ты еще два раза выстрелить должен бы…

— Непременно, — согласился я. — И не только это. Тут же у нас целая камера стоит, передающая в прямой эфир все происходящее. Так вот и есть идея порадовать собравшихся извращенцев новым зрелищем. Хотя… их вкусы мне по барабану, если говорить откровенно.

Подойдя к воющему от дикой боли палачу, я слегка двинул его носком своего армейского ботинка по голове. Не слишком сильно. Так, чтобы отключить на минутку. Тем временем Пламенеющая уже освободила «место», которое ожидало новую жертву, на сей раз несколько необычную. Хорошо хоть сей заплечных дел труженик весил не столь много, а точнее совсем немного. Извините, но в грузчики я как-то не нанимался.

— Идиллическая картина, — цинично заметила девушка, глядя на прикованную к постели мразь.

 — Он ведь никогда не мог помыслить, что поменяется местами с теми, кого привык пытать до смерти. Да еще и насиловать на потребу публике.

— Даже так? Ну сей нюанс все равно не сделает его судьбу иной… Собаке собачья смерть. Впрочем, к чему оскорблять животину? Грязью жил, в грязи и подохнет, так более правильно. Оживим-ка его малость, доставим удовольствие уродам по ту сторону экрана…

Еще два выстрела, на сей раз по ладоням прикованного ублюдка действительно произвели необходимый эффект.

Кажется, от боли он уже потерял остатки разума. Ну да мне без разницы, что там творится с этим без пяти минут трупом.

— Крест, а ты думаешь им есть разница, кого именно пытают — местного «труженика» или специально выбранную жертву?

— Для некоторых действительно нет никакой разницы, а некоторым подавай пытки тех, кто, по их мнению, являются недостойными «гордого» звания гражданина Республики. Ладно, сейчас устроим маленькое зажигательное шоу да и пора покидать это весьма несимпатичное мне место, — посмотрел прямо в объектив камеры.

 — Слышите, твари, я к вам приду. Да, к вам. Вы знаете, к кому я сейчас обращаюсь. А пока вот вам один небольшой подарочек.

Пальцем, обмакнутым в кровь палача, я нарисовал тот самый крест на объективе… Позерство? Да нет, ЭТО как раз и было ключевым моментом нагнетания атмосферы страха, о которой так убедительно говорила Пламенеющая.