На той стороне себя...

Невидимое отсюда, оно ощущалось, как…

Ну вот ощущалось и все!

— Что это? — резко перебил он дурашливую болтовню спутников. — Там за нами ползло… висело в воздухе?! — он запнулся, с трудом подбирая слова. — Такое…тягучее, и далекое. Я его и сейчас слышу. Как дыхание, или шум ветра!

Кира перестала улыбаться, сунула Сеньке пакет с остатками булок и недоверчиво спросила:

— Ты правда не понимаешь, что происходит?

— Прикинь! — рявкнул Никита. — Не понимаю! Ни хрена не понимаю! Раньше думал, что я просто шизик, что у меня с головой что-то не то.

Сенька растерянно скомкал пакет, впервые в жизни не зная, что сказать. Кира задумчиво перебирала связку амулетов на шее.

— Я не очень люблю такие места, — медленно начала девушка. — Даже нормальным людям бывает неуютно, не то, что таким, как ты или…я. Там, как же это объяснить?.. ТА сторона становится ближе. Она словно пробует на прочность наш мир, пытается проникнуть, ну или просто посмотреть, послушать.

— Что такое Та сторона? — не поднимая головы, тихо спросил Никита.

Кира ответила не сразу. Она зябко поежилась и вдруг решительно застегнула распахнутую куртку, спрятав необычные украшения под одеждой. Как клинок в ножны убрала.

— Все, что не ЭТА! Точнее не скажу. Кто-то считает ее изнанкой реальности, кто-то параллельным миром, кто-то миром духов…

— А ты? — Кузнецов выпрямился и недоверчиво глянул на спутницу.

— А я… я однажды видела океан. Настоящий. Безумно огромный. Пугающий в своей беспредельности. Непостижимый. Для меня Та сторона — как океан. А наш мир — суша. Такие, как мы, могут намочить ноги. С са-амого краю. Если силенок чуть больше — поплавать около берега. Нырнуть на мелководье. И то, если погода хорошая, волн нет, акулы спят. Не более…

Дождь остервенело лупил по лужам, ветер швырял в лицо пригоршни ледяных брызг.

Никите стало неловко и за грубость, и за вспыхнувшую злость. Чудная девчонка с жутковатой татуировкой и раскосыми глазами ничего плохого ему не сделала. Ну, приперлась за тридевять земель, следила ведь, не иначе! Зато вывела из могильного лабиринта коротким путем.

— … старые кладбища — не самое благое место. Хотя и не самое опасное. Бывает намного хуже, — Кира спрятала замёрзшие ладони в рукава куртки.