Ожерелье гномов

– Где ваши посты? Кто командир группы?

- М-м-м-м…, - как можно убедительнее промычал Гхаш, всем видом стараясь показать, что он точно не командир и вообще тут случайно.

Но его подвели свои же солдаты.

- Эй, вождь, у вас все в порядке? – крикнул кто-то из них со стены, пониже башни.

- Ага, теперь мне ясно, кто у нас командир, - усмехнулся Кин.

Не услышав ответа, гоблины бросились по лестнице на верх башни. Свен встал на люк, ведущий на площадку, а через секунду кто-то с силой ударил по нему снизу.

«Открывай», - подал Солдрин беззвучный знак Свену, доставая из-за пояса два небольших топорика.

Свен соскочил с люка, и тот мгновенно открылся, пропустив в проем ушастую голову гоблина. Которая мигом отделилась от туловища не без помощи одного из топориков гнома. Не дожидаясь того, что сделают гоблины, Солдрин ринулся вниз, мгновенно превратившись во вращающийся вихрь, несущий смерть на все триста шестьдесят градусов. Его друзьям не оставалось ничего, как последовать за ним.

Со всей своей яростью они обрушились на опешивших гоблинов.

Солдрин крутился вокруг своей оси, нанося удары по груди, головам и коленям врагов. Матуурз крутился не менее резво, работая двумя своими саблями. Берен орудовал шпагой, которая, на первый взгляд, казалась слишком хрупкой и неловкой в таком замкнутом пространстве. Но эльф совершал настолько быстрые, едва заметные и экономные движения, что сраженные им гоблины возможно даже не поняли, что они уже умерли. Свен тоже сражался, но старался действовать скорее аккуратно, чем смело.

- Где заложники!? – прикрикнул на Гхаша Кин, когда с первым постом гоблинов было покончено. – Не дай Эру соврешь. Тут же захлебнешься кровью.

Гхаш уныло мотнул головой в сторону одной из галерей Цитадели.

Они добрались до больших дверей приваленных снаружи разным хламом. Единственный гоблин-охранник, к сожалению, сумел вовремя скрыться.

- Надо быстрее освободить заложников. Пока гоблин предупредит своих, и они найдутся, что делать — мы выпустим людей и начнется хаос, - высказался Кин.

Но сначала надо было разобрать завал и открыть дверь. Когда, наконец, дверь была раскрыта, то первым с радостным криком туда попытался войти гном. Он сделал только шаг в зал, где было абсолютно темно, как туже получил удар деревянным табуретом по голове. Табурет разлетелся на мелкие кусочки, а гном от полученного удара опустился на мягкое место и с обидой и непониманием заморгал глазами.

- Я же пришел вас освободить, - промычал он.