Ожерелье гномов

– Рад приветствовать вас в Городе. Дворяне знают толк в оружии и являются моими хорошими клиентами.

Барон Кир и баронет ответили поклоном на поклон.

- А вы оружейник? – уточнил Гиерон.

- Не совсем, - ответил Ост. – Я мастер топоров. Делаю топоры, секиры, алебарды. Для комбатантов.

- Не для дровосеков, конечно, - улыбнулся мастер.

Ост порылся за пазухой и извлек две небольшие деревянные дощечки. Одну он с поклоном протянул Киру, другую Гиерону.

- Вот, возьмите, вы всегда можете обратиться ко мне, если захотите приобрести боевой топор.

Гиерон с удивлением покрутил дощечку в руках. Его знаний грамоты хватило на то, чтобы догадаться - на ней написан адрес лавки, имя мастера и род его занятий.

- Заходите, - еще раз поклонился Ост. – А я пойду займу свое место. Представление скоро начнется.

Все церемонно раскланялись друг с другом. Когда Ост удалился, Гиерон больше не сдерживал сарказма.

- Топоры? Секиры? – удивился он. – Да кому это надо? Оружие простолюдинов! Что может быть лучше доброго меча?

- Не скажи, - задумчиво протянул барон.

– Кажется, я слышал о мастере Осте. Он известный знаток своего дела. Многие воины используют его топоры. А о самом Осте ходят разговоры, что в свое время он был известен, как глава банды, орудующей на просторах Империи Людей. И работал он как раз боевой секирой. Многие дворяне, вооруженные мечами, пали от его руки.

Теперь все стало на свои места, и догадки Гиерона косвенно подтвердились. Но тут по толпе пронесся какой-то гул.

- Представление начинается! – заторопил всех Кастар.

– Пора занять свои места.

И Кастар вместе с Кидией поспешили вперед, увлекая за собой и барона с баронетом. Они двигались вдоль амфитеатра, пробираясь сквозь толпу. Как и большинство здесь присутствующих, Кидия и ее спутники двигались в сторону входа. Неожиданно для баронета из-за очередного поворота амфитеатра появилась стела, посвященная Богу Милосердному. Стела была выполнена в виде высокой, в три человеческого роста, фигуры, грубо высеченной из длинного узкого куска скалы.

Как и положено фигуре Милосердного, это был человек со склоненной головой и прижатыми к сердцу руками.

Сначала Гиерон немного удивился, увидев ее здесь. Дело в том, что культ Бога Милосердного был широко распространен в Империи Людей и среди дворян Миндона. А также среди их крестьян. Это было очень удобно, так как в противовес религии Единого, культ Бога Милосердного был не таким уж милосердным. Особенно это относилось к простолюдинам.