Слуга отречения

— Стяжка, Аспид, — раздался позади него негромкий насмешливый голос Тео. — Береги спину...

Уже почти не думая, он стремительно перекатился по полу в сторону и тут же вскочил, успев отчаянно полоснуть воздух вокруг себя открытой ладонью. На целую секунду вокруг Тима материализовалось полупрозрачное бешено крутящееся кольцо с острыми рваными краями. Кольцо даже начало было расширяться, но почти сразу же потускнело и осыпалось на пол мерцающими серебристыми искрами.

Вильф расхохотался и снова шагнул к нему словно бы из ниоткуда.

— Значит, не будешь жаловаться? Нет, ну тогда я продолжу...

Прямо в лицо Тиму полетел тонкий прозрачный светящийся хлыст, и тот едва успел увернуться от него, спасая глаза. Под каким-то немыслимым углом ему удалось откинуться назад, чудом сохранив равновесие, но Вильф почти сразу ловкой подсечкой опрокинул его на спину и тут же с силой наступил ногой на живот. Тим вскрикнул от боли и отчаянно хватанул ртом воздух, барахтаясь на скользких камнях, словно перевёрнутая черепаха.

— Ладно, ладно, — продолжил Вильф, не меняя позы, и массивная медная стрелка тут же высекла искры из мелких камней в миллиметре от его отдёрнутой головы. — Просто ну очень сложно было удержаться, на тебя глядя.

Ещё одно тонкое жало колючей занозой вонзилось в предплечье. Вильф чуть сжал пальцы на левой руке, и Тим с ужасом почувствовал, как его горло медленно перехлёстывает невидимая раскалённая удавка.

— Пожалуйста. Хва... — он не договорил, захлебнувшись собственным криком; пригвождённое к земле, почти что парализованное тело выгнулось дугой.

— М-м, какая трогательная техника боя, Аспид. Мне очень нравится, а тебе, Тео? — в глазах Вильфа отчётливо запрыгали красноватые всполохи. — Давай, попроси меня ещё разок. Вдруг сработает?

Удавка затянулась ещё сильней, разрезая кожу, по шее потекла кровь. Очередной медный шип сверкнул в воздухе и обжёг пронзительной болью, пропоров щёку, и второй полетел сразу же следом за ним, метя в слезящиеся глаза.

Тим в отчаянии попытался закрыться рукой, понял, что не успевает, и вдруг, закусив кровящие губы, резко выбросил вверх ладонь с разом удлиняющимися когтями. По его кисти волной пробежалось колючее жаркое электрическое пламя, и в следующий момент с неё сорвалась крошечная, ослепительно яркая шаровая молния.