Слуга отречения

В зелёных ветвях деревьев над головой громко чирикали какие-то невидимые птахи; влажный после дождя городской воздух терпко пах мокрой листвой. Девушка остановилась перед вытянутой до земли стеклянной витриной, рассматривая выставленные в ней холсты в тяжёлых золочёных рамах. Диск солнца над Эйфелевой башней, закрытый широким чёрным пятном, словно во время солнечного затмения. Женщина со змеиной кожей, стоящая, раскинув руки, над огненной бездной, за спиной у неотчётливо прорисованной маленькой человеческой фигурки.

А вот это уже что-то совсем абстрактное: две смазанные тени — одна чёрная, другая белая — тянутся друг к другу на фоне размытых колоколен Нотр-Дама. «Готика, одна сплошная готика», — с улыбкой подумала Верена. Вряд ли готика вообще когда-нибудь выйдет из моды...

В кармане её платья завибрировал мобильный.

— Приветик, валькирский любимчик, — девушка поднесла телефон к уху, вслепую шаря в кармане в поисках гарнитуры. Ну вот, опять потеряла... — Чего это тебе не спится? У вас же там почти ночь, наверное?

— Я ненадолго, — донёсся из динамика приглушённый голос Алекса.

— Хотел только предупредить тебя кое о чём...

Верена прижала телефон к плечу, оперлась рукой о похожую на теннисный мячик шишечку на зелёном, сплошь покрытом рекламными наклейками тротуарном столбике и запрыгала на одной ноге, вытряхивая из чёрной плетёной сандалии застрявший там камешек.

— О чём предупредить? — произнесла она в трубку.

— Неделю назад произошло кое-что странное, — Алекс говорил спокойно, но Верена, хорошо знавшая мужчину, отчётливо различила в его голосе едва заметную нотку беспокойства.

— Нам с Искрой пришлось столкнуться с одним... довольно агрессивным существом.

— С агрессивным... существом? Что случилось? С вами всё в порядке?

— Нет-нет, у нас всё нормально. Это определённо был не тули-па. Я пока даже не уверен, связано ли это вообще как-то с действиями тули-па. Но мне это всё равно очень не понравилось. Пожалуйста, просто будь осторожна. Я знаю, что ты постоянно снимаешь маячок.

..

— Алекс, я уже полгода занимаюсь с Пулей, — Верена снова натянула сандалию и пошла дальше, переступая через чей-то валяющийся прямо посреди тротуара самокат. — Если уж на меня за это время никто больше не попытался напасть, то ничего страшного со мной и дальше не случится. Я не намерена таскать на себе эту вашу шлейку постоянно...

Взгляд девушки внезапно остановился на серебристо-сером внедорожнике в десятке метров от неё.