Слуга отречения

— А что же юные воины? Ты ведь сейчас не о них, верно? — полувопросительно-полунасмешливо произнёс Сегун, поднимаясь с тяжёлой каменной скамьи около гладкой стены, которая была покрыта замысловатой рубиновой мозаикой.

Сквозь разломы в стене виднелись далёкие висячие сады из перепутанных вьющихся шипастых стеблей, чёрных, словно бы обугленных, распространяющих в пространстве густой дегтярный запах. Глубокие полости в скальных плитах освещали тусклые ровные серо-зелёные лучи, падающие из светового колодца в далёком куполообразном потолке.

Милис медленно покачала головой:

— Аспиду нужно ещё время, кобэсими...

— Да... от мальчишки пока что мало толку, — Вильф с улыбкой опустился в ворох шевелящихся мохнатых красных лиан в дальнем конце зала, закидывая руки за голову. — Он очень забавный малыш... Но он вовсе не безнадёжен, нет. Иначе бы его уже не было здесь, Правитель.

— А старший? — Сегун прошёлся вдоль тускло мерцающей багрянцем стены, поигрывая сложенным тёмным веером, похожим на чьё-то иссохшее перепончатое крыло.

— Твой оруженосец ведь, кажется, уже кое-что умеет, так, тэнгу?

— Он быстро учится, — кивнул Тео. — Но он пока почти что совсем не знает... не понимает вкуса крови, — он хмыкнул. — Кроме своей собственной, конечно.

— Да ну-у? А как же его «ребята», Тео? — Вильф иронично приподнял брови и пощекотал кончиком когтя чьё-то вынырнувшее из переплетения лиан толстое волосатое щупальце, всё плотнее обвивающееся вокруг его правого локтя. Из-под когтя вылетела пара сверкающих алых искр, и щупальце с тонким жалобным писком отпрянуло, стремительно втягиваясь обратно в стену.

— Эта его страшная банда на больших чёрных мотоциклах, м-м?

— Ну, тем-то малыш попросту мстил поначалу, если я правильно понял тогда его лепет, — усмехнулся Тео, складывая руки на груди.

— И это совсем не то что смертные, которые вовсе не ведают, к чему они приговорены, — донья Милис согласно наклонила голову.

Дымчатая вытянутая фигура неопределённых очертаний, словно целиком состоящая из язычков зеленоватого газового пламени, внезапно стекла на пол из глубокого скального грота, обретая смутную форму какого-то существа, похожего то ли на ласку, то ли на мангуста с длинным змеиным хвостом.

Существо проскользнуло над каменными плитами прямо к Правительнице и потёрлось боком о край её тёмно-вишнёвого бархатного платья.

Женщина еле заметно улыбнулась. Среди множества чьих-то теней, наполнявших Цитадель рассеянной энергией, этот был одним из её любимцев.