Сиятельный

Не думаю, что дядя доведет дело до судебных тяжб, но остальных «прелестей» раздела наследства точно не избежать.С другой стороны — что мне деньги? Тут бы головы не лишиться...

2

В Ньютон-Маркт — занимавшее целый квартал здание полицейской штаб-квартиры — я прошел с задов, через служебный вход. Пропустил броневик, что под размеренные хлопки порохового двигателя выехал из ворот гаража и неспешно покатил по переулку, огляделся по сторонам и взбежал на крыльцо.

Уверенно распахнул дверь, на ходу кивнул сонному караульному и пустынными коридорами прошел в оружейную комнату.Там вручил сержанту электрощуп и достал из кармана электрическую банку, завернутую в утренний номер «Атлантического телеграфа». Смятую газету выкинул в мусорное ведро, увесистый накопитель передал смотрителю арсенала.— Электрощуп, одна штука, — сделал тот отметку в журнале регистрации, — электрическая банка Эдисона, одна штука. .. — И сразу встрепенулся: — А вторая где? Производства Депре?— Пиши в безвозвратные потери.— Это еще с какой стати?— Все вопросы — к инспектору Уайту.— Ладно, разберемся, — нахмурился сержант и вновь макнул в чернильницу железное перо.Я отошел к столу в дальнем углу и выложил на него две снаряженные обоймы, потом вытащил из кобуры «Рот-Штейр» и за выступавшую из титановой ствольной коробки головку до упора отвел затвор. Когда тот встал на задержку, нажал кнопку выброса патронов, собрал вылетевшие на стол боеприпасы в пустую обойму и вернулся к сержанту.— Самозарядный пистолет Рот-Штейр, модель восемнадцать — семьдесят четыре, одна штука, — монотонно пробурчал тот, — патроны калибра восемь миллиметров, тридцать штук. Все?— Все, — подтвердил я и отправился в раздевалку, где не оказалось ни одной живой души. Оно и понятно — самый разгар смены, нашим еще до самого вечера улицу топтать.Я отпер шкафчик и с определенной долей облегчения избавился от плаща, мундира и сапог. Переоделся в светлый полотняный костюм и легкие штиблеты, повязал шейный платок, перед зеркалом пригладил расческой волосы. Напоследок придирчиво оглядел свое отражение и надел темные очки.