Сиятельный

 – Ты не можешь нарушить договор!– Глупо, – покачало головой потустороннее создание. – Ты так безнадежно влюблен в свою Елизавету-Марию, так грезишь ею, но она никогда не будет твоей. А я буду. Просто представь меня…– Убирайся! – резко бросил я и с многозначительным видом разложил нож.Инфернальная тварь при виде титанового клинка подалась назад, но сразу взяла себя в руки и напомнила:– Лео, ты не можешь причинить мне вреда.

Не забывай, у нас договор…– И в мыслях не было, – оскалился я, подхватил одну из керосиновых ламп и поспешил к пролому в дальней стене. – Проваливай! – крикнул, прежде чем склонить голову и юркнуть в лаз.Не стоило связываться с суккубом, но если начистоту, у меня просто не оставалось иного выбора, кроме как пойти с ней на сделку. Я действительно был столь безнадежно глуп, что вознамерился произвести впечатление на дочь главного инспектора, и обратился за помощью к знакомому поэту, а тот растрепал о моем секрете всему городу. Всплыви правда наружу, Фридрих фон Нальц меня бы на медленном огне поджарил!И я нашел выход. С моим талантом потусторонние создания – как мягкая глина, из них можно вылепить что угодно, вот я и вылепил из суккуба миловидную девицу, свою невесту; просто опередил инспектора и предложил заключить сделку. Но теперь все зашло слишком далеко…– Ты будешь скучать обо мне, Лео! – послышался за спиной серебристый смех.Я ничего не ответил. Дошел до развилки и повернул к подземной часовне. Там поставил «летучую мышь» на одну из каменных скамей и с трудом сдержал дрожь, когда неровные отблески замелькали на каменном изваянии падшего. Изваянии? Вот уж нет…Наполовину утопленное в стену крылатое создание нависло надо мной, придавило своим мертвым величием, принялось медленно, но неотвратимо прорываться в реальность из бездны, куда его заточили годы и годы назад. Белоснежный мрамор засветился изнутри и начал оборачиваться плотью, крылья прорезались мельчайшими ворсинками ровных рядов серебряных перьев, грудь вздрогнула, словно силясь сделать вздох.