Смерти подобна

— Если найду, уж не отвертишься боле.

— А ты проверь, мне скрывать нечего, — выдыхаю зло, сокращая между нами расстояние.

Он всю жизнь меня ненавидел. С первого класса наши отношения больше напоминали военный конфликт в стазисе, чем игнорирование. Астафенко ненавидел некромантов, а я — зарвавшихся богатеньких мажоров, по недоразумению наделенных магическим даром. Став постарше, мы дрались до кровавых соплей и вызова родителей в школу. Бабушка каждый раз просила держаться от засранца подальше, но ничего не получалось.

Мы настолько разные и одновременно так похожи, что ничего не могло примирить нас. Кроме Шумского, с которым Астафенко неожиданно подружился. А тот, на его беду, влюбился в меня.

И вот идет уж двадцать первый год, а мы все друг друга еле терпим.

— Олег Варфоломеевич, мощей тут нет, — отчитывается один из монахов, входя в мою маленькую гостиную. В квартире и без того было грязно, теперь вовсе вверх дном. Убирать кто будет?

— Везде искали? И с заклятием поиска? — интересуется Олег, отворачиваясь от меня через пару секунд и морщась от отвращения.

— Даже амулеты использовали. Ничего, пусто.

— Говорила же, — развожу руками и стряхиваю пепел прямо на темную мантию Астафенко, ловя на себе его взбешенный взгляд. — Зря бежал, роняя тапки, Олежка.

— Ну это мы еще посмотрим, — рычит, одергивая свои одежды. — Я тебе не наивный Васька, кружить голову своими черными ведьмовскими заклятиями не дам, Замогильная. Узнаю, что ты что-то скрыла от нас, и не избежать тебе суда божьего!

— О, я так испугалась, — фыркаю в ответ, махнув рукой, а лопата самопроизвольно стукнула по полу, отчего несколько монахов вздрогнули и отшатнулись.

— Стерва, — бросил напоследок Олег, шагнув к выходу.

— Гаденыш, — огрызаюсь в ответ, выдыхая только спустя несколько минут после того, как церковники покинули мою квартиру.

Все вокруг разбросано. Перевернуты кубки, кружки, разбросаны книги и журналы. Вещи валяются на полу и подоконнике, даже мою китайскую розу умудрились перетрясти, отчего у бедной поникли едва набухшие бутоны.

Рассеянно брожу по квартире, собирая раскиданный по углам мусор, переворачивая статуэтки котиков, снесенные монахами. Одна из них, видимо, упала, потому что отломанное фарфоровое ушко валялось неподалеку.