Лёд

Наверное, именно это нас с Аллой Семёновной в какой-то мере и сближало.

Пока пили чай, успели обсудить последние новости и перемыть косточки паре общих знакомых. Ничего полезного, но настроение улучшилось. Иногда просто необходимо посидеть и поболтать ни о чем. Вот и головная боль постепенно затихала.

- Ох, замечательный чай! - Я отставил чашку и поднялся на ноги. - Ну, бежать пора!

- Куда торопишься? Понимаю, ты бы уже бельё забрал и на свидание намылился. Но ведь в таком виде к девушке не явишься.

- Да какая девушка? Паёк надо получить, чтобы зубы на полку класть не пришлось, - ответил я, вздрогнул - неужели не взял?! - и принялся шарить по карманам.

Но нет, талоны обнаружились в заднем кармане джинсов. Блин, даже не помню, как их туда сунул.

- За плащом завтра заходи. Бельё послезавтра готово будет.

- Спасибо за чай. До свидания.

- Счастливо.

Я вышел на улицу и задумался. Петровича в арсенале не застать - если верить ходикам в прачечной, сейчас уже четвертый час. Придётся топать к нему домой.

Только надо сначала в "Весну" заскочить, талоны отоварить. Смирнов-то теперь уже никуда не денется.

По пути в кафешку я заметил выглядывающие из-за домов с той стороны проспекта золоченые купола церкви и замедлил шаг. Зайти? Нет, самочувствие не то. В другой раз.

Когда добрался до «Весны», уже начало темнеть. Ходить в нагруднике-то оказалось тяжеловастенько - притомился. Вытерев вспотевший лоб, задумался, не восполнить ли потерю жидкости пивом, но к горлу моментально подкатил комок.

Пожалуй, придётся обойтись без алкоголя. И вода прекрасно всё восполнит.

Уж не знаю, на благо это или нет, но похмеляться я не мог: не лезло в меня спиртное на следующий день после пьянки. С одной стороны, спиться не получится при всем желании, с другой - весь день мучаешься. Ну да ладно, хватит о грустном, почти пришёл.

Под скрип колёс из-за поворота выкатилась заваленная всяким хламом тележка, позади которой пристроился сгорбленный человечек с несуразно большой головой.

Голова и кисти рук у него были замотаны грязными тряпками, сквозь них проступал белесый гной. Там, где меж бинтов проглядывало лицо, блестели намороженные полоски выделений.

Далеко урод от Гетто забрался, рискует.

Только подумал, - и нищий покачнулся под ударом угодившего ему точно в затылок снежка. Во все стороны брызнула заледенелая крошка, послышав издевательский свист.

Урод попытался втянуть голову в плечи и, навалившись на ручки тележки, ускорил шаг.