Перекур

– Идите к нам и отдохните тут! – Она ткнула пальцем в ступень перед собой. – Или пеняйте потом на себя!

Переглянувшись, Демид и Вика двинулись к монстрам. Затаив дыхание, прошли через дым и сели под ним на указанное место.

- Умнички! – похвалила толстуха и, поймав губами мундштук, затянулась. – А сейчас познакомимся, как полагается вежливым товарищам. Меня зовут Мальвина.

- А меня – Пепельница, - просипела Курильщица с покалеченной головой и выдохнула облачко дыма.

- Я – Циклоп, - сказал одноглазый басом.

- Пекарь, - улыбнувшись, представился Курильщик со сверкающим языком.

- Пятак, - буркнул свиномордый.

- Моё имя… Демид, - с трудом проговорил Демид, чувствуя, как дрожит подбородок. – А это… - Он кивнул на девушку. – Это Виктория… Пропустите нас, пожалуйста. Вы же… Вы пропустили меня, когда я шёл вниз.

- Эх, дорогой ты мой человек! – воскликнул Пекарь и пересел к Демиду. – Штука в том, что вниз мы пропускаем всех, а наверх… Верх – совсем другое дело! Совсем другое!

- Такова жизнь, - тихо сказала Пепельница.

- Пожалуйста, - повторил Демид. – Пропустите.

Циклоп наклонился вперёд и злобно прорычал:

- Хлебало захлопни, ушлёпок! Может, нам тебе ещё дать ключ от квартиры, где девки лежат?!

- Не нужен ему твой ключ, - сказала Мальвина. – Девочка у него уже есть. Миленькая! Стройненькая! Как спичка! Давай, малышка, Мамочка тебя пожалеет. А ты объясни нам, почему красотки типа тебя вытворяют в жизни дохрена мерзостей.

Протянув руки, Мальвина прижала голову девушки к своим коленям.

Ногти у Курильщицы были большими и коричневыми.

- Я не… не понимаю… о чём вы! – заикаясь, ответила Вика.

- Понимаешь. – Курильщица погладила девушку по волосам. – Прекрасно понимаешь, да не хочешь, чтобы об этом узнали мальчики. И ты, наверное, права. Ну а я тебя насквозь вижу. Я сама была такою триста лет тому назад.

Курильщики рассмеялись. Все, кроме Пепельницы.

- Такова жизнь, - опять сказала она. Червь, не останавливаясь, ползал по краям её вскрытого черепа.

- Девочка, значит? – Пекарь обнял Демида за плечи, подмигнул ему и запел:

Ты хотел быть один!

Это быстро прошло!

Ты хотел быть один,

Но не смог быть один!

Твоя ноша легка,

Но немеет рука!

И ты встречаешь рассвет

За игрой в дурака![1]

- Заткнись! – рыкнул Циклоп.

– Ни слуха у тебя, ни голоса! А человек вообще никогда не бывает один. Он может поныть о том, что одинок. Или о том, как будет здорово залезть в какую-нибудь щель и наконец-то насладится покоем.