Хранитель

Пространство между ней и манекеном выгнулось, словно в кривом зеркале, и через миг невидимая волна ударила деревянную куклу, разрывая её на куски. Ошмётки от манекена с противным разрывающим всё звоном разлетелись по всей арене.

— Отлично, следующий, — кивнул директор, что-то записывая себе в блокнот.

«Да уж, результаты нам сразу не скажут, а жаль», — я мысленно вздохнул, но тут уж ничего поделать было нельзя. Евгения использовала одну из вариаций заклинаний на основе магии воздуха, кажется, это была «воздушная волна»: базовое плетение, которое сильно изменила и модифицировала.

Это, несомненно, впечатляло. Изменить заклинание, пускай и самое элементарное, далеко не так просто. А уж чтобы оно действовало подобным образом? Стоит признать, что мне пока недоступен уровень такого понимания местной магии.

— Василий, ты следующий, — между тем классный руководитель указал на щуплого паренька, стоящего в первых рядах, ещё одного нашего отличника.

Совсем невысокий, со взлохмаченными волосами и вылезающей из-под брюк белой рубашкой, Василий всегда был на своей волне, общаясь лишь с парой таких же, как и он сам, ребят, что были помешаны на обучении и магии.

«Ему-то попасть в Первый магический не составит какого-то труда», — мелькнула у меня мысль, когда я наблюдал за сгорбленной спиной паренька, идущего к уже установленному на арене новенькому манекену.

Дождавшись кивка со стороны директора, Василий в один миг преобразился.

Вокруг него начала закручиваться магическая энергия, сам парень выпрямился, выражение его глаз из рассеянного стало внезапно серьёзным и волевым. Миг! И вот уже перед манекеном застыл самый настоящий воин, гордый и несгибаемый. За спиной молодого человека вспыхнули сразу десяток золотых огней, он сделал быстрый, едва уловимый для большинства учеников жест рукой, и манекен в ту же секунду загорелся жарким пламенем, в считаные мгновенья выгорая в пепел. Магия изначального огня и также сильно переработанная. Было видно, насколько тяжело далось это самому Василию.

Сразу после того, как всё было кончено, он чуть не осел на пол арены, но волевым усилием удержал себя и, не видя ничего перед собой, поплёлся в нашу сторону.

Я успел заметить, как представитель Заславских, мужчина с седыми висками, одобрительно кивнул, глядя на то, что осталось от манекена. Похоже, наш Василий пришёлся ему по нраву.