"Грани сумерек"

И тебе скажу то же самое.

– Можешь даже не говорить, я и сам, знаешь ли, не собирался к тебе в помощники набиваться. У меня вон своих забот полон рот. Единственное – что хоть за вещицы-то? Интересно же.

– Гребень и кольцо, – неохотно буркнул Нифонтов, вставая с табуретки.

– Гребень – это, в смысле… – я обозначил движение, будто причесываюсь.

– Ага. Он стальной, кольцо медное. Бюджетный вариант. Только вот Марфа и то и другое бережет как зеницу ока. Насколько я понял, это наследие ее предков, вернее, праматерей.

И расставаться, тем более в пользу Дары, она с ним точно не желает.

– Плохо твое дело, друг мой Колька, – вздохнул я. – Ситуация-то патовая.

– Хреновый из тебя шахматист, – невесело улыбнулся оперативник. – Мы с соседкой твоей не на равных играем. Если ничего у меня до осени не сладится, то она не в убытке окажется, а при своих. А вот я очень многое теряю. Например, надежду на счастье, а это, знаешь ли…

– Будем надеяться на лучшее, – приободрил я его. – И еще на то, что подружка моя в клювике хорошие вести принесет относительно проказника Антуана.

Хорошо бы его в ближайшие дни схомутать, а то мне на этой неделе надо еще к родителям на дачу смотаться, проверить, как там они, не надо ли им в чем помочь.

Нифонтов глянул на меня с усмешкой, в которой явно читалось «да-да-да, так я и поверил», но ничего вслух не сказал.

И правильно. Не его дело, куда и зачем я еду.

– Звони, короче, – произнес Нифонтов, согнувшись и завязывая когда-то дорогие, а теперь изрядно раздолбанные кроссовки.

– Скажешь, куда и когда подъехать.

– Хорошо. Слушай, у меня еще один вопрос есть. Скажи, а кто такие ворожеи?

– Промежуточное звено между ведьмами и очень, очень большим геморроем, – распрямился оперативник. – Ох, что-то в спине хрустнуло! Нет, доконает меня моя работа. А тебе про них на кой знать? Они в города не суются, их ареал обитания – сельская местность. С учетом урбанизации, надеюсь, лет через сто-двести они вообще исчезнут как вид. И уверен, что моих будущих коллег этот факт только порадует.

– Все настолько плохо? А я так понял, что они дамы вполне себе мирные, адекватные. Экологию берегут, для этнографов ценность представляют.

– Это да, не поспоришь. Вот только методы у них такие, что даже днем поминать не хочется. А самое главное, ничего никогда доказать в их связи не получается. Все вроде на виду, а доказательств нет. И не только у нас такой облом с ними, я отчеты девятнадцатого века листал – та же самая канитель.