СТАТУЯ КАК ПРОЦЕСС

- Ах ты, паршивец! Кто же тебя научил этому? Ну, подожди, я открою тебе твою тайну.   

*  *  *

Егор вошёл в цех в хорошем настроении. В углу за столиком, окружённым колоннами печатной продукции сидел Дёма.

- Здравствуй, Дёма, - поприветствовал он сменщика, - А где Коля?

- Да тут такое дело, - грустно сказал Дёма, - Колю текстами придавило, я полсмены один доработал.

- В смысле, как придавило? Какими текстами? – удивился Егор.

- Отпечатали листовки с программой кандидатов, ну, как всё обустроить и зажить хорошо… А тираж огромный, два столба получилось, чуть не до потолка.

Поставили на поддон, а на нём забыли разметчик. Ну, Коля начал его вытаскивать.., и вся эта гора на него рухнула, завалило полностью. Сейчас в больнице. Врачи говорят, что средней тяжести, но ничего серьёзного, выздоровит.

- Да-а-а, угораздило же. Надо сходить в больницу, навестить, - сказал Егор.

- Да, сходим. Голосовать он теперь, наверное, не пойдёт, - предположил Дёма.

Егор вышел на производственную площадку, остановился у работающего офсета.

Слаженный ритм лязгающих механизмов и деталей, бумажная река, светлая на входе и разноцветная на выходе, завораживали.

Глава 8.Художник и креатуры в развитии        

                    

Маршрутное такси, описав круг, остановилось. Егор вышел из машины и направился к своему дому. Когда уже взялся за ручку подъезда, что-то заставило его остановиться.

Некоторое время постоял в задумчивости, словно прислушиваясь к себе. Затем развернулся и пошёл по тропинке возле засыпанного гравием недоделанного тротуара, по которой ещё недавно шёл к маршрутке старик-писатель Фёдор Львович.

Пройдя вглубь дворов,  Егор вышел на пустынную аллею с деревьями, лавочками и памятником Горькому в конце аллеи.

Егор даже не мог осознать цели этой своей прогулки. Наверное, хождение без цели и называется прогулкой. Вдруг он увидел, как в дальнем конце сквера, где стоял памятник корифею соцреализма, по боковой дорожке к центральной аллее шли два человека: Фёдор Львович и странный студент из маршрутки.

Фёдор Львович был одет в вельветовую куртку, белую рубаху. Студент - в той же ветровке с капюшоном, рюкзачком, в джинсах и кроссовках. Под курточкой виднелся синий шарф. 

Фёдор Львович что-то неспешно говорил молодому человеку, плавно водя и жестикулируя левой рукой.