Агентство "Экзорцист": NIGREDO

Фамильяр был прав: врата открылись здесь, и из них вышел демон, убивший двух женщин и забравший третью!

Я прикрыл рисунок куском ковра, убрал нож и поднялся. Так, первый этап пройден: я определил, что в деле замешан демон, а значит, оно по моей части. Теперь осталось выяснить, кто сделал сигил, с помощью которого призвал демона, и с какой целью заставил его унести леди, Эмбер. Ну, и, конечно, вернуть девушку, если она ещё жива. Хотя в это верилось с трудом.

Чтобы вернуть фамильяра в перстень, я потёр чёрный камень, и Джексон растаял в воздухе.

Вообще, когда он у меня появился, то представился на итальянский манер - Джиасоне. Но мне это имя, образованное от греческого "Ясон", никогда не нравилось: слишком вычурно. Так что, переродившись в Британии, я вскоре англицировал "Джиасоне" в "Джексона". Фамильяр, как ни странно, не возражал. Скорее всего, потому что на самом деле его звали вообще иначе.

Я покинул комнату, постаравшись более-менее приемлемо налепить печать гвардии обратно.

Спустившись по лестнице, сделанной из морёного дуба и инкрустированной полированной латунью, я отправился в гостиную, но не обнаружил там ни старого, ни молодого Мобрея.

Зато до моего слуха донёсся стук бильярдных шаров. Его в аристократическом доме ни с чем не перепутаешь.

Двинувшись на звук, я вскоре добрался до распахнутой двери, за которой виднелся крытый алым сукном бильярд. На нём гонял шары скинувший пиджак Даррен. Его жилетка была слегка испачкана мелом, как и левая скула.

Когда я вошёл, он не сразу заметил меня.

А когда увидел, распрямился, поставив кий на пол.

- Вы уже закончили осмотр? – спросил он.

- Да. Должен сказать, выводы неутешительные. Вашу сестру действительно похитил демон. Я обнаружил под ковром чертёж, открывший ему врата.

- Я не сомневался! Гвардейцы в подобных делах совершенно бесполезны! Поэтому я настоял, чтобы отец обратился к вам. Пригрозил, что сам поеду в Лондон, если он откажется.

- Что ж, вы правильно сделали, что убедили отца. Он у себя?

- Да, отправился отдохнуть.

Болезнь лишает его последних сил. И с каждой неделей ему всё хуже. Но он старается держаться. Сейчас – ради Эмбер!

- Вы одобряете брак сестры?

Даррен чуть приподнял брови.

- Это не моё дело, но да. Я одобряю выбор Эмбер. Уильям Сеймор – достойный представитель своего рода.

Боже, как меня утомляет этот местный снобизм! Я вырос в нём, но так за двадцать один год и не привык. Хотя в моём мире было то же самое, но я-то к флорентийской аристократии не принадлежал.