Победа от Виктории

После выступлений китайца и американца он оставался в кресле промежуточного фаворита.

На лед вышел последний фигурист — достойнейший преемник Юдзуру Ханю. Японец начал очень хорошо. У него были красивые прыжки, начиная со скорости на заходе, положении в воздухе и плавного выезда. Он был не только технически силен, но и артистичен. Настоящий художник на льду. Но третий четверной прыжок, причем самый простой для него, тулуп, сорвал, неудачно упал, после чего выступление развалилась. Потом он рыдал в Kiss and Cry.

Ему было горько и обидно, что он завалил программу, которую безошибочно катал тысячу раз на тренировках, с ней выиграл гран-при и Чемпионат четырех континентов. А на главном старте оплошал. Это было больно и несправедливо. Все зрители поддерживали его, а японские болельщики плакали вместе с ним. Камеры выхватили лицо неожиданного для всех олимпийского чемпиона. Саян не улыбался, он с сочувствием смотрел на рыдающего японца.

Потом на пресс-конференции один из наглых журналистов спросил его, не считает ли он себя выскочкой.

Саян спокойно ответил:

— Сегодня я выиграл в честном бою. Это не значит, что я победил их. Они великие спортсмены. Я буду стараться добиться в фигурном катании такого же авторитета и уважения, как они.

— Откуда вы появились? О вас никто ничего не знает, — не унимался этот слизняк.

И вот после этого Саян впервые рассказал о своей судьбе. О погибших родителях, интернате, Байкале, рваных коньках, Вике, Петре, Петербурге, об исполнившейся мечте.

После пресс-конференции он вмиг вместо выскочки стал фаворитом сердец. Такая история не могла не тронуть души людей.

Вечером Вика с Сергеем гуляли по городу. Они прошлись вдоль ручья Чхонгечхон, дошли до императорских дворцов, которые решили посмотреть в свободный день. Заглянули в деревню Букчон. Вернулись по длинной торговой улице, где находилось множество сувенирных лавочек и магазинов с корейской косметикой. Вике нравилось в Сеуле. Здесь было спокойно. Безмятежную атмосферу создавал и сам город, и его жители — милые, тихие, вежливые.

На улицах было немноголюдно, никто не кричал и громко не смеялся.

Однако в ресторанчике, в который они зашли поужинать, все оказалось по-другому. Она даже испугалась и хотела уйти. Но Сергей остановил, он любил такие аутентичные места. Корейцы много пили, и чем больше становилось пустых бутылок из-под пива и соджу на столах, тем гортаннее звучали их выкрики и громче стучали стаканы.