Ловушка на ловца

Нет там ни особого ума, ни гибкого мышления, ни самобытной образной системы. В них есть лишь яростное цепляние за жизнь, но не за существование в инвалидной коляске, а за ту битву, в которой он был молод и крошил врагов в капусту. Он переживал заново ушедшую бурную молодость. А хозяин машины вынул износившуюся шестеренку по имени «Островский» и показывал ее гостям: «Глядите, как химия съела все зубцы, а шестерня все еще чудом работает. На днях придет ей замена, но это чудо, что процесс не остановился». Хозяин машины похвалил Островского, но благодарным он к нему быть не мог.

Он радовался своему везению, и только. Он даже не мог похвалить собственного творца за глупость шестерни, которая могла бы взбунтоваться задолго до того, как стала непригодной, но хозяин машины даже представить себе не может, что шестеренки что-то чувствуют, и, уж тем более, умеют думать.

– Э-э-э… – сказал я и потер нос. – Получается, что любая битва бесполезна?

– Кто ты, и чьи интересы отстаиваешь? – еще раз спросил инквизитор.

– Я Вася Фернаго. Не шестеренка, не машина, не хозяин машины и не ее оператор. А отстаиваю только свои интересы.

– Поставим вопрос по-другому: что входит в круг твоих интересов?

– Ну… – я замялся и посмотрел на Ларку, она пока не знала о моей мечте. – Я хочу летать, мне нравится просто жить, чтобы каждый день нес мне что-то новое и интересное.

– Какому эгрегору это выгодно, тот тебя и поддержит, Вася. Но если твоя мечта о полете не принесет пользы или рекламы машине или ее хозяину, никто тебе не поможет и на пенсии тебе останется вздыхать, что «рожденный ползать, летать не может».

И это притом, что ты видел летающего человека.

– Правда? – удивилась Лариса. – А кто у нас в лицее умеет летать: Андрей, Женька, Толик? А, может быть, Николай Петрович или Сергей Александрович?

– Вещицы умеют летать. – проворчал я, прикрывая секрет инквизитора. – Но я таким быть не хочу и не могу. Они сердца младенцев пожирают.

– А, вот в чем дело. – догадалась Лариса. – Похоже, Вася, ты снял комнату у вещицы, а она на тебя ночью напала.

– Что-то вроде того. – мне стало неловко. Видимо, мы даже учили методы борьбы с этими существами, а я, как всегда, витал в облаках или слонялся по городу в поисках тайн и приключений. – Но я сразу обо всем догадался и разоблачил вредную старушку.

– Поймать вещицу на преступлении трудно даже инквизитору. – покачала головой Лариса. – Правда, Даниил Нектарьевич?

– Абсолютно верно, но Вася у нас особенный.