Мама из другого мира. Том 1

В редких случаях задумывались, насколько могут ошибаться, вынося приговор подозреваемому, видя ситуацию лишь с одной стороны. Флин был не только очень одарен, но и щепетилен. Докапывался до истины и зачастую разрушал доказательства других, опровергая вердикты, а иной раз раскрывая замыслы нечистых на руку коллег. Конечно, окружающим это не нравилось. В конце концов он стал работать сам по себе.

Самый важный этап, выработка умения создавать мысленную тишину, растянулся практически на всю жизнь. И лишь не так давно Флин научился закрываться от окружающего гула чужих мыслей и эмоций.

Но всё же навык не был выработан до рефлексов, иной раз защита слетала, и приходилось выстаивать её заново. А то расследование что-то сломало в нем. Какой-то стержень, помогающий не зацикливаться на мыслях преступников. За минувшие годы он поймал немало убийц, маньяков и разного рода извращенцев, но всегда мог справиться с тем, что видел в их мыслях. Абстрагироваться. Однако дело о сумасшедшем ученом уничтожило умение закрываться от окружающих. То, что раньше Флин делал с легкостью, сейчас преодолевалось с огромным трудом. Во всех его блоках неизменно присутствовало окно. Словно на подсознательном уровне он боялся пропустить очередного сумасшедшего, если будет наглухо закрыт.

Вся беда сильного дара в том, что невозможно найти специалиста, способного вправить мозги. Так что приходилось справляться собственными силами, вот только не покидало ощущение, что такое состояние рано или поздно может обернуться безумием.

Мысли об этом крутились в голове Флина все то время, пока он расслабленно сидел в кресле. Но стоило лишь чуть ослабить силу контроля над внутренними блоками, в мозг хлынул нескончаемый поток чужих мыслеобразов. Проверку можно было начать и так. Погруженность в привычную рутинную работу не помешала уловить, как одна из нитей контрольной ментальной паутины дернулась, сообщая о появлении рядом мыслящего объекта. Но, к сожалению, за стеной был не тот, кого Флин безрезультатно дожидался вот уже несколько часов.

После короткого стука в дверь вошла женщина в форме, очевидно, одна из сотрудниц.

— Доброго вечера. Можно? — произнесла она, нарочито понизив голос и добавив в его звучание томных ноток, словно вместо официального приветствия только что ублажила слух мужчины покорным «Да, мой господин».

На то, чтобы прочесть гостью и выяснить её намерения, потребовалась секунда. Тьфу, как банально.