Мама из другого мира. Том 1

Хм, тем, что от этой племянницы осталось. Фактически именно из-за этой дамочки ему сейчас и приходилось притворяться тем, кем он никогда не являлся, заурядным металлистом со стандартным набором способностей и умений. Унизительно! Образ бледной, изможденной, странно знакомой женщины мелькал в мыслях взбудораженного своим смелым поступком возницы. На ловца и зверь бежит!

Что ж, познакомимся!

Красивая, цветущая и энергичная леди из мыслеобраза Верреса мало походила на ту бледную моль, о которой постоянно думал дедок.

И всё же это была одна и та же женщина. Флин так сосредоточился на сравнивании двух образов, что не заметил, как его практически похитили. Мда! Пора показать, кто есть кто. Хотя зачем? Впервые за последние полгода внутри проснулся настоящий интерес.

Ух ты, вот это скорость! Ну, дедуля, отбитый копчик тебе ещё аукнется!

Он сразу же уловил тот момент, когда город остался позади. Фоновый шум чужих мыслей постепенно затихал, давая небольшую передышку.

— Приехали! Пойдемте скорее, господин маг, комнаты леди Риштар на втором этаже, — приговаривал дедок подобострастно, опуская перед Флином складные ступени.

Интересно, интересно… Такое самоуничижение не вязалось ни с истеричным отчаянием, которым пропах старик, ни с его разбойными ухватками. Этот старый потрох энергично подталкивал гостя к дому.

Подталкивал! В спину!

Этот дом Флину, как ни странно, был хорошо знаком. Правда, с тех пор как он побывал здесь лет тридцать назад, особняк обветшал и потерял свой лоск и красоту.

Старый хозяин, граф Оберон, был простым человеком без магического дара. Противостоял своей высоко аристократичной семейке, занимался благотворительностью и не стеснялся подчеркнуть чрезмерность дворцовой роскоши. Даже праздность старого короля критиковал. Мало кто знал, почему такое поведение сходило ему с рук, но так оно и было. Мужчина хоть и не обладал даром, но имел в рукаве пару козырей. На закате жизни бездетный барон создал ряд приютов и успешно ими руководил. Первый был им организован в собственном поместье, вот в этом самом доме.

Правильный был мужик.

Особняк пах растерянностью и страхом. Но у таких сильных эмоций была совершенно разная подоплека, далеко не каждый из присутствующих искренне переживал и волновался за женщину. В какофонию отчаяния скрипичной темой вплеталась чья-то трепетная надежда. Она зудела где-то на периферии, причиняя вполне реальное неудобство. Флину вдруг страстно захотелось оправдать эти надежды.