Мама из другого мира. Том 1

Может, она была более уравновешенной? Всё же аристократка, их с детства учат носить маску невозмутимости.  — И вообще, делать подарки на собственные деньги — разориться можно. Детей-то много, а ты одна. Так что не выдумывай. Ты мне, главное, помоги выбрать, а уж оплачу я из бюджета дома отказников — нас скоро повторно профинансируют, — в этом я совершенно не была уверена, но Лиене об этом знать не обязательно. — Да и с вашими зарплатами сегодня вечером разберемся. В этом месяце есть ещё у кого-то именины?

— Нет, но в следующем сразу пятеро ребят праздновать будут.

— Молодец, а я вот как-то не додумалась посмотреть в карточках информацию.

— А мне и карточки не нужны, — искренне улыбнулась женщина. — Я уже и так помню, за столько-то лет как-то само собой в голове отложилось.

Ничего себе! Помнить даты рождения пяти десятков человек! Я такими талантами не обладала, так что, пожалуй, стоило завести ежедневник. Да потолще, а то дел столько, что за всем не уследишь и не запомнишь.

Еще десять минут я смотрела из окошечка кареты на пробегавшие мимо улицы, а потом мы остановились у двухэтажного мини-домика, окрашенного в насыщенный синий цвет, в торговом районе. Ну правда, узенький какой-то, невысокий. Окна вот только широкие, что на первом этаже, что на втором, а белый заборчик вокруг явно декоративный — даже оградой назвать язык не поворачивается — перешагнуть можно.

Внутри был самый настоящий магазин со множеством витрин, за стеклом которых находились разнообразные товары.

Но как только мы с Лиеной зашли внутрь, мужчина сразу же отложил все свои дела, чтобы уделить время потенциальным покупателям.

— Что желают дамы?

— Здравствуйте. Покажите нам, пожалуйста, артефакты связи, — я вежливо улыбнулась, и мужчина тут же предложил пройти к другой витрине, где на бархатной подложке за стеклом хранились медальоны на подвесках.

Артефакты были разных форм и моделей. Квадратные, круглые, овальные и даже в виде цветочков и зверушек; из простых металлов и драгоценных, с вкраплениями самоцветов и с простой гравировкой — всё, что только можно придумать. А мастер — господин Маркус — рассказывал о каждом из них с гордостью в голосе, хвалил, конечно, но и о недостатках тоже не забывал упомянуть.