Толкование яви

— Что ж, сказано хлёстко… — с уважением признал укротитель причин. — Но не мы одни этим занимаемся, не мы одни. Возьмите, к примеру, исповедь. Ведь то же самое по сути! Покаялся человек в грехах своих тяжких, отпустили их ему разом, вышел от батюшки — чистенький, совесть — как новенькая. Проступки фактически остались, а угрызений — никаких…

— И всё-таки, — настаивал Тихон. — Предположим, внутренняя цензура ликвидирована…

— Так не бывает.

— Ладно. Не ликвидирована. Ослаблена. И что тогда?

— Не желаете вы исходить из того, что есть… — шутливо упрекнул психоаналитик.

— Ну хорошо. Такой простой пример: Карл Маркс… Что-то часто я его сегодня поминаю, не находите? Так вот, Карл Маркс, если не ошибаюсь, говаривал, что нет такого преступления, на которое капиталист не пошёл бы ради трёхсот процентов прибыли. Вы же ради трёхсот процентов пойдёте далеко не на всякое преступление. Скажем, поджечь киоск конкурента… — Собеседник скептически поджал губы и покачал головой.

— Цензура?

— Цензура.

Она вмешивается, вносит коррективы: и вот вы, вместо того, чтобы просто облить бензином вражескую торговую точку (желание в чистом виде), заливаете горе текилой и гадаете, как уничтожить мерзавца, не выходя за рамки закона, а главное — за рамки совести. Фрейд называл подобные замены искажением сновидения, мы же, не мудрствуя лукаво, назовём искажением яви… В этом всё дело. В противном случае вы были бы преуспевающим бизнесменом.

— И как же в этом противном случае выглядело бы моё сегодняшнее приключение на улице Столыпина?

— Понятия не имею.

— Ну хотя бы в общих чертах!

Психоаналитик хмыкнул.

— Фигуранты бы наверняка сменились, — осторожно предположил он. — Теперь уже не из вас выбивали бы долги, а из других — по вашему заказу… Но мотив похищения, думаю, в любом случае сохранился бы. Как и проблема выбора. На левой стороне той же самой улицы вас бы, скорее всего, поджидала в иномарке владелица рекламного агентства, на правой — пьющая ровесница в подержанной «копейке» красного цвета.

— У неё нет машины.

— Частника бы наняла…

Взглянув на суровую озабоченную физиономию Тихона Шорохова, собеседник рассмеялся.

— Отнеситесь к этому, как к шутке, — посоветовал он. — Разговор достаточно беспредметный. Всё равно что придумывать другой сон взамен приснившегося.

— Да, — промолвил с сожалением Тихон и встал. — Если повезёт, пожалуй, загляну к вам ещё раз. А сейчас мне, извините, пора.