Святоша. Путь хранителя

Камердинер смотрел на контейнеры и коробки с недоумением и посоветовал нанять минимальный штат прислуги, в чём тоже пообещал посодействовать.

Если бы я знал, что к титулу столько людей прилагается, то отложил бы грамоту куда подальше, оттянув этот радостный момент барства. Куда мне на барже девать дворецкого, экономку, повариху, «хотя бы двух горничных» и «хорошо бы двух лакеев», водителя и казначея?

Пока я завтракал, Ларс монотонно перечислял прислугу и её обязанности, а я раздумывал как хорошо живется бастардам. Ладно, даже признанным и законнорожденным отпрыскам.

Всей этой суетой папенька с маменькой занимаются. Может и правда найти родню?

Инквизитор прибыл на моменте, когда я подумывал скрыться по-английски, не прощаясь и за борт. Ларс с придыханием объяснял, что первостепенную важность, после других формальностей, несет пошив ливрей. А для этого нужно выбрать родовые цвета, герб и... Сразу место для фамильного склепа. Знаю я одно кладбище, там как раз места освободились.

Любитель бюрократии с огромным воодушевлением уцепился за моего камердинера и они принялись что-то живо обсуждать, оставив меня в покое.

У меня зубы свело от первого же упоминания каких-то директив и указов, так что я предоставил этим братьям по разуму общаться в своё удовольствие.

— Вопрос, — прервал я их всего раз, обратившись к Ларсу. — Если я ещё не граф официально, почему ты ко мне обращаешься ваше сиятельство?

Хотел я подловить на такой слабой зацепке, но проиграл. Запустив процесс, я заимел такое право, кроме официальных приемов и при представлении незнакомым аристократам.

Сиял я от такой новости так себе.

Но порадовало, что в обители я в первую очередь служитель и защитник, так что обращаться ко мне по титулу там не обязаны. Но я уже знал, кто не побрезгует такой возможностью меня подколоть.

Получив от Афанасия Петровича одобрение и заверение, что дальше они сами разберутся, я убежал, пока отпускают. И до обители прогулялся пешком, наслаждаясь отличной погодой. Дождя не предвиделось, по небу летали белые облака, подгоняемые приятным прохладным ветром.

Птицы верещали утренние песни, вдохновляя на подвиги.

— Не положено, — повторял, как заведенный, завхоз, когда я явился за обычной формой.

Так как я застрял между непризнанным и графом, Володя уперся, не желая мне выдавать нашивку простого защитника. Но и графский щит он не имел права налепить на мою грудь, пока я не принесу соответствующую бумажку.

— Ну а если пока просто без нашивки? — предложил я простой вариант.