Незримое рядом

Сейчас я готов треснуть по башке себя прошлого. Здесь слишком страшно! Я ни черта не думал, что будет настолько очково взрослому мужику в ночном лесу. Но раз пошел, надо продолжать путь. Пока ведь не случилось ничего такого?

Осталось всего ничего, только спуститься с сопки, немного пройти и на месте. Давай, не очкуй, не зря же столько топал? Подкрепив силу воли нехитрыми уговорами, двинулся дальше.

Вот и начало спуска, кроны деревьев уходят вниз пологой горкой, под ногами мелкий обрыв с острыми камнями, похожий на оскаленную пасть.

По ушам ударил привычный уже шум лесной жизни, которого всего секунду назад не было.

Обернулся, надеясь увидеть пройденный путь и застыл. То исполинское дерево, под которым я присел отдохнуть всего пару минут назад, его нет.

Черт, да оно точно должно быть там, куда сейчас смотрю! Вот прямо там! Но нет, позади лишь кусты на каменистой почве и тонкие деревца, ни следа того бурелома и огромного дерева.

- Ладно, зачет, - чувствую, как лжива и перекошена улыбка, как дрожит голос.

- Вот это было по-настоящему страшно.

Просто не думай об этом, просто не думай. Лучше не пытаться понять, только страшнее будет. Надо продолжать путь.

Теперь оглядываюсь каждые пять шагов. Вроде ничего не меняется, или я только думаю так, не способный узреть изменения?

Шаг за шагом, осторожно выбираю, куда ногу ставить. Еще не хватало навернуться, тут много острых камней, башку разбить, как два байта передать.

Тихий плеск волн впереди, воздух свежее, уже чувствую сырость и прохладу воды.

Глупо наверное, но я присел на корточки, тихонько раздвигаю низкие ветви и кусты перед собой. Вот оно, озеро, где люди теряют души. Я добрался!

***

Крышка фляги плавно закрутилась под пальцами, повесил обратно на ремень. Вытянул занывшие ноги, стараясь не тревожить кусты, где засел. До озера рукой подать, шагов десять всего, но за всю ночь я так и не рискнул подойти еще ближе.

Потихоньку светает, мир вокруг снова обретает цвета под светом восхода, но солнца еще не видно. Тучи перестали казаться бесконечной черной хмарью, просто пасмурные облака, что не желают проливаться дождем.

- Ну и дубак, - ежусь от утренней прохлады, пытаюсь разогреть руки трением.

Пока мне везло, никакая тварь не наткнулась в ночи на одиноко сидящего человека. И я знаю причину. Здесь территория другого, сильного духа, всякая мелочь не рискует тревожить хозяина озера. Это чувствуется, в воздухе, в земле, в неуловимом чувстве дрожжи, когда смотришь на спокойную воду.