Скользкий

Действительно, и так не страдавший дистрофией двухметровый Шурик немного раздался в плечах и согнал жирок с живота. Да и фейс каким-то более прямоугольным стал. — Чего не пьяный еще?

— Успеется. А что поправился — это да, есть такая тема. На хуторе ведь какие развлечения? Брагу ставить и качаться. Но через месяц брагу ставить просто не из чего стало.

— Ну вы даете! Так что насчет этого дела? Чисто по чуть-чуть? — я щелкнул по кадыку и выжидательно посмотрел на Шурика.

— Да о чем речь?! — жизнерадостно фыркнул тот. — Посидим, за встречу выпьем. Расскажу, что с нами на хуторе случилось, — офигеешь. Только я уже с пацанами договорился — они меня в «Реверсе» ждут.

— Да какая разница, где сидеть? — «Реверс» — забегаловка рядом с общагой Патруля — посещался практически исключительно отдыхающими между рейдами патрульными.

Посторонние в здравом уме туда старались не заглядывать. Мне там никогда особенно не нравилось, но ведь вечер только начинается... — Что с вами случилось-то?

— Долгая история, — передразнил меня Шурик. — Сядем — расскажу, а то эффект не тот будет. Слышь, а куда Дрон пропал? Не в курсе?

— Нет, — немного напрягся я. — Я с того года уже в Патруле не числюсь, мне на Дрона глубоко.

..

— А я тут с Крестом разговорился по приезду — он теперь, кстати, командир роты дальней разведки — вроде Дрон без вести полгода назад пропал. До сих пор не всплыл.

— Ну и ... леший с ним. Мне по барабану, — постарался я ничем не выдать своего облегчения от этой новости. Теперь хоть этого колдуна недоделанного бояться не надо.

А то еще бы отрыл, что с его братом приключилось, и все — кранты мне...

— Да мне тоже. Мне тут, знаешь, чего, предложили?

— Пока еще не знаю.

— Да ты слушай. Новую структуру сейчас формируют, типа погранвойск. Знаешь, кого начальником делают? Витьку Молохова — помощника Михайлова. Я с ним разговаривал, он предложил прапорщиком к нему пойти.