Все дороги ведут в Сад (черновик)

В мыслях девушки чётко послышалось что-то чужое:

— Думала, что буду. Но нет.

Вместе с этим признанием, все бурные эмоции, вся обида и злость, словно покинули Татьяну. Но взгляд её не стал спокойным. Он стал пустым.

— Зачем тогда все это было? — не выдержала ведьма. — Почему?!

В ответ на это, женщина, не отпуская Лилю, запрокинула голову к бесконечному звёздному небу и прикрыла глаза, словно прячась от их света. Татьяна снова заговорила. В последний раз за этот вечер:

— Когда узнаешь, что в мире у зла нет предела, обычно, вместе с этим познаешь и что у храбрости есть границы, также, как и границы есть у количества страданий, который ты можешь вынести, не сойдя при этом с ума.

Чтобы выжить, вернуть лучшие времена и вырваться из круга боли, ты закаляешь себя внутри. Становишься тверже, черствее душой.

Запрещаешь себе жалеть себя. Переделываешь себя так, чтобы невзгоды и страдания не могли задеть тебя.

Но после всего этого, после того, как ты годами сжимаешь, загоняешь себя, превращая мягкий графит в непробиваемый алмаз… Ты больше не чувствуешь своей боли, что прекрасно, однако, не чувствуешь ты и боли чужой.

Ты словно больше не часть общества, не часть чего-то большего, общего, безотносительно того, кем ты являешься физически. Ты — одинокая, оторванная частичка, для которой в мозаике мира больше нет нужного места. Ни ты не нужна миру, ни мир тебе, ведь та твоя сила, что ты приобрела, чтобы не сломаться, — это броня безразличия.

И когда ты понимаешь это, как я сейчас, то тебя затапливает чувство потерянности, и ты задаёшься вопросом.

А стоило ли оно того?

Стоило ли то, что ты выстояла, твоей потерянной человечности?

***

Лиля непослушными руками чиркала спичками, пока не удалось выбить искру и газ Яриковской плиты не вспыхнул синим пламенем, отражаясь бликами на морозных узорах окна. Конфорка была маленькой, так что и небольшим был огонь, но Лиле этого для её затеи хватало.

Девушка достала из кармана листок бумаги и, так и не взглянув на него ни разу, кинула письмо от Татьяны туда, куда ему и была дорога — в небытие. Ей до конца жизни хватило непонятных разборок с той стороной, чтобы лезть туда ещё и добровольно.

Газ с щелчком потух. Лиля тяжело облокотилась на плиту, переводя дух. Девушка едва стояла на ногах от усталости тяжёлых событий дня.