Все дороги ведут в Сад (черновик)

Люди в гостиной вздрогнули от визга.

— Мне пора на работу идти, — сказала Лиля успокоившейся и вытирающей волосы Жанне.

— Погоди! Окажешь мне услугу?

— Еще одну? — приподняла бровь Лиля.

Жанна хихикнула.

— Типо того. Тут не совсем мне. И за это денег дадут!

— Хорошо. Я слушаю, но недолго. Мне правда уже надо идти.

— Хорошо-хорошо. Поможешь после работы парнишке? Артемом зовут. У него неприятности, как раз по твоей части.

— А каким боком тут финансы связаны?

— У него очень богатые предки!

— Пока, — монотонно ответила Лиля и направилась в комнату Жанны за своей вчерашней одеждой.

Она надеялась, что за ночь на батарее все успело высохнуть.

— Да погоди!

— Никаких твоих гениальных планов по моему удачному замужеству, нет, спасибо.

— Да нет же, я не про то! Хотя этот вариант был бы очень... Да подожди!

Лиля быстро переоделась и уже стояла в коридоре.

— Он за работу заплатить обещал.

— Сколько?

— Я не спросила... Да подожди ты!

Лиля обулась и устало помассировала виски.

— Если я ему помогу, ты отстанешь?

— Да! — счастливо сказала Жанна.

— Встретишься с ним около восьми в Парке Горького? Как раз после работы приедешь.

— Ладно.

— Спасибо, солнце! С меня булочка!

— Не зови меня так. И с тебя торт.

Глава 4, часть 2 из 3. Монстр и колокол

Рассеянно поскребя по черным разводам на запястье, Лиля зашипела от боли. Раны после чертей не беспокоили, пока их не трогали, но и не торопились заживать, и это напрягало. Лиля посмотрела на часы и отметила, что этот жанин Артем опаздывал.

Еще и после таскания тяжестей на работе двигаться не хотелось от слова совсем. Сегодня был явно не ее день.

Темнело поздно, и дорогу у парка уже освещали только проезжающие мимо машины. Слышался скрип покачивавшихся на ветру ржавых аттракционов. Здесь тоже были статуи, только не людей, а животных. Вроде как что их, что тех в особняке создала знаменитая скульпторша больше полувека назад, и она была второй известной личностью, из-за которой в город сейчас хоть иногда приезжало что-то вроде туристов.

Встреча перед «клиентом» нервировала, но Лиля привычно запихала все неприятные (то есть — совсем все) эмоции в мысленную коробку из-под обуви, которую же пинком запихнула в самый пыльный угол сознания, к сотне-другой такого же балласта с корявыми надписями «Не открывать! Может отгрызть руку!».

Рядом раздался скрип снега, и Лиля нарочито медленно повернула голову, скрывая свое нетерпение.

Перед ней остановился молодой парень в гипсе и с футляром для скрипки.