Лелька и ключ-камень

Если можешь ничего не обещать — лучше не обещай, а если уж крайний случай приключился, то готовь виру.

— А что это такое?

— Ну вроде как извинительный подарок или услуга. И знай, если виру не предложишь — ее с тебя все одно возьмут, да не то, что ты готова отдать, а то что сами захотят. И словами не бросайся, помни, сказала — сделаю, значит делай.

— А мне тоже можно будет виру спрашивать?

— И тебе можно, только не забывай, молодая ты еще для этих дел. Вот, к примеру, пообещаю я тебе отдать клад, который у меня в лесу лежит.

Обещал — значит отдам. Но срок-то мы не ставили, так я могу и через 200 лет отдать, когда тебе клад не больно нужен будет. А могу отдать сразу, но закладной. Тогда тебе вовсе добра не будет.

— Закладной? Это какой?

— Тот кто клад закапывал, мог к нему сторожа поставить. И должон этот сторож убить каждого, кто клад возьмет, кроме, конечно, хозяина. Уйти этот сторож не может, развеяться, пока клад цел тоже не может, а от скуки за сотни лет так осатанеет, что ему только в радость будет покуражиться над тобой, да убить страшно, чтобы все помнили.

Так что когда договариваешься — всегда думай, все ли уговорено что тебе надобно. А лучше смаху договоров не заключать, а время взять, да обмыслить все не спеша, тогда и дело будет.

— Спасибо вам, дядька Ермолай. А мне на речку теперь совсем нельзя?

— Пока не надо. Я, конечно, с Карпычем еще побеседую, но я ему не указчик, он сам себе владыка.

— А почему вы мне помогаете? И тогда, у осины, и сейчас? И как я вас могу отблагодарить за помощь?

— Молодец.

девица, быстро учишься. Помогаю я тебе без корыстного умысла, и за помощь эту ты мне ничего недолжна, в том и клянусь луной. А вот причин тебе пока знать не надобно, мала ты еще, да и не мне об этом болтать. А благодарность… В гости заглядывай на беседу. Скучно только работой время полнить. Да и девонек моих лесных не забывай, хотя ты их и так не обижаешь. Вот и ладно мне будет. А сейчас беги, пора тебе, дело-то уже совсем к вечеру.

Лелька поспешила домой, и только у самой ограды поняла, что так и не узнала у лешего, какой ведьме она перешла дорогу.

Зато это хорошо знала сама ведьма, а то что она забыла, ей живо напомнили.

Лелька не знала что наследующий день после ее знакомства с русалками, чуть не ставшим для нее последним, директор местной школы Инга Геннадьевна проснулась с непонятным ощущением. Шелковая ночная сорочка, нежно обволакивающая тело накануне, внезапно уменьшилась в размерах, а местами вообще разошлась по швам.