Город. Магический патруль

Следом забрался див, приложил ключ к дверце, та закрылась со щелчком, будто навечно запечатала троицу в железных недрах непонятного чудовища.

Сорм нажал что-то в темноте, и внутри кареты разлился мягкий желтоватый цвет.

- Эрга, ты точно горгулья, а не дриада? Зеленая вся, а ведь мы еще даже не тронулись.

Ортел явно подначивал коллегу, пытаясь отвлечь ее от страхов.

- Меня одна такая машина в детстве чуть не раздавила. Внутри, - проворчала горгулья, не любившая вспоминать этот эпизод из своего, частично бурного, прошлого.

- Глупости. Кареты сжиматься не могут, - отрезал Сорм, нажимая на кнопки, расположенные на панели управления, впереди, на месте водителя. – Или тебе приснилось, или морок кто-то навел, пугая.

- Может, и морок, но страшно было, - обиженно буркнула Эрга, решив на этот раз не спорить. Все равно ни один, ни другой не поймут и не посочувствуют.

Плавно и не торопясь, транспорт двинулся в путь, через открытую дверь гаража, по улицам и переулкам, потом – за стены города и по сельским дорогам – прямиком до Сизых Гор.

Все трое расселись в креслах, див – впереди, на месте водителя, горгулья и инкуб – в салоне.

- Сорм, что мы забыли в горах? – уточнила Эрга, пытаясь отвлечься от давивших на неё эмоций.

- В самих горах – ничего. А вот у тебя дома завелась непонятная нежить. Двух горгулий ранила, одну чуть не загрызла.

- И поделом.

- Эрга, - укоризненно покачал головой Ортел. – Откуда такая кровожадность? Ты же понятия не имеешь, кто именно пострадал.

- Да кто бы ни был.

Все они там…

Заканчивать мысль девушка не стала, но ее и так поняли.

- Любишь ты родных, - хмыкнул инкуб. – К сожалению для тебя, они официально попросили о помощи, так что отказать Орден не мог: сущность причиняет серьёзный вред разумным существам.

Остаток пути полувампирша молчала. Её спутники изредка перебрасывались фразами, содержавшими кучу непонятных для девушки терминов. Пусть их. Им не понять, каково это – быть презираемой всеми, кроме матери и бабушки, полукровкой.

Эрга рано научилась закрываться от сородичей, не показывать истинные чувства, с гордым видом проходить мимо тех, кто и за спиной шепчется, и в лицо гадости сказать норовит. Её отвергали, с ней не желали общаться, если бы не положение матери, Эрга еще при рождении погибла бы среди горных камней. И потому в замок Сизые Горы девушка сейчас ехала, с трудом сдерживая горечь и недовольство.

Замок возвышался над окружавшими его горами и был виден издалека.