Чёрный полдень

— Для каждой партии свой антидот выпускают. А так в лучшем случае процесс необратимый характер примет.

— А в худшем? — Я начал расстегивать фуфайку и заодно снял ушанку. А то жарко тут. Еще б вязаную шапочку снять, но неудобно как-то — шибко уж лысина буграми пошла. Не стоит...

— Отек легких и летальный исход, — несказанно обрадовал меня Маслов. — Ну а теперь с вашего позволения перейдем к официальной части.

Разрешите на допуск взглянуть...

Я и не подумал передавать ему документы.

— Представьтесь, пожалуйста.

— Инспектор второго ранга Маслов Александр Павлович.

— Ну и? — Будет тут мной еще простой инспектор помыкать.

— Оперативный дежурный. Вопросы получения информации из архива находятся в моей компетенции.

— Так бы сразу и сказали, — не обратив внимания на недовольный вид охранника, усмехнулся я.

Вытащил из кармана удостоверение, приложил палец к пластинке идентификатора и вместе с подписанным бланком доступа в архив положил перед Масловым.

— По старой форме заявление, — нахмурился инспектор, но, не дождавшись моей реакции, вложил лист в пластиковый файл. — А впрочем, не суть важно...

Я постарался скрыть облегчение и продолжил невозмутимо наблюдать за тем, как Маслов переписывает в амбарную книгу чужую фамилию из моего удостоверения и его номер.

Охранник тоже немного расслабился и перестал смотреть волком. Но автомат на предохранитель не поставил.

— Категория допуска? — оторвался от бумаг инспектор.

— Чего? — сделал круглые глаза я.

— К какой категории секретности относится необходимая вам информация? — явно с трудом сдержавшись, чтобы не закатить глаза, объяснил Маслов.

— А есть разница?

— От этого зависит срок ее предоставления. — Инспектор уже понял, что общается с полным в этом вопросе профаном. — Если что-то попадет к категории «совершенно секретно», то потребуется дополнительная проверка подлинности вашего допуска.

— А какие, говорите, еще категории есть?

— Просто «секретно» и «конфиденциально».