Асмодей никогда не смеется

Хотя у этого бугая нрав не самый лучший – вечно влезает куда-то, в какие-то истории – поэтому девки с ним обычно долго не задерживаются. Чегранова в свое время тоже исключением не стала.

– Болванчики на улице болтают, значится.

– Чего болтают?

– Ну, что вроде как в Сокольцах мольфар появился…

– Никакой он, мля, не мольфар! – рявкнул Сазанович. Все эти разговоры он слышал и в участке, а они уже просто с ума сводили. – Какая к херам магия, Чубарый? Ты полицейский или кто, мля? Да, объявился вчера вечером один фраерок.

Да, взялся бывшую твою искать. Не беспокойся о нем.

– Шеф, но люди болтали, что видели морок, за которым Нагорный с чужаком бежал, – пробормотал Чубарый.

– Какой еще к чертям морок?

– В виде Сашки, – нехотя изрек Чубарый.

– Чубарый, Чегранова в Сумеречье сгинула. С какого хера она туда поперлась никто не знает. Тело ее мы будем тоже долго искать, а привидений не бывает. Как и мольфаров. Заруби себе это на носу. – Сазанович вернулся к документам, сделав очередной глоток воды.

– Где мышцы накачал себе, а где мозг отмер. Ей богу…

– А этот чужак – ну что Сашку искать взялся, значится, – как думаешь, шеф, он найдет ее?

– С чего бы это? – Сазанович поднял голову. – Я послал Зыклю проследить за ним и разобраться.

– А Нагорный? Он же с ним был, как говорили. Паренек-то хороший…

– Нагорный вякать не станет, – произнес Сазанович, снова опуская глаза на документы. – Зыкля погрозит ему разок-другой, да шкет так и замолчит.

– Ну если ты так считаешь, шеф…

– Я уверен в этом, Чубарый.

Это все, что ты хотел? Если да, вали на хер, как будто у тебя работы нет.

– Вообще, шеф, есть кое-что еще…

Дверь открылась, и в кабинет вошел перепуганный до смерти Зыкля. Этот парень был примерно одного возраста с Чубарым, только куда плотнее в жировых отложениях, чем в мышцах. Двойной подбородок. Немного скошенные ржавые глаза на огромном пухлом рыле. Такой огромный нос. И лысый в добавок. С пустой кобурой, что сразу бросилось в глаза Сазановичу.

– С тобой чего случилось, Зыкля? И табельное, где угрохал уже?

Но Зыкля не смог и слова выдавить из себя.

Знай стоял себе с пустым лицом да едва трясся, обливаясь потом.

– Ты про это табельное, товарищ капитан? – поинтересовался Дементий Павлович, входя в кабинет. В руке он держал пистолет, выданный Зыкле.

– Ептыть, – выдохнул Сазанович, вскакивая с кресла и хватаясь за пистолет. Чубарый тоже не медлил и уже взял фраера на мушку. – Вот и поиграл ты в детектива, дружочек.