Асмодей никогда не смеется

А эта улыбка полная острых клыков – Сазанович вспотел мгновенно.

– ХОРОШО, ЧТО ЗАБРЕЛИ, – рокотало чудовище, – МГЛЯКИ И Я ПРОГОЛОДАЛИСЬ. ДЕВИЦЫ ЕДВА ХВАТИЛО, ЧТОБЫ ГОЛОД УТОЛИТЬ.

– Как знал, что девочка мертва, – тихо изрек Дементий Павлович и навел веточку на Лихо. – Ѯѣница[3]!

Из конца обугленной веточки вырвалась яркая вспышка. Стало светло почти как днем. Прогремело. Сазанович кое-как успел прикрыться рукой, но в глазах стояли пятна. Лихо взвыло, отшатнулось. Туман поредел, а огоньки погасли, но на их месте Сазанович смог разглядеть сгорбившихся существ со страшными треугольными мордами и длинными когтистыми лапами.

Каждое как на подбор болотисто-серого цвета. Существа метались туда-сюда. Прикрывали уши лапами.

– Не смей подходить, мальчик, – крикнул Дементий Павлович и резво опрокинул флакончик с «Рокотом».

Лицо у мольфара напряглось. Руки сжались в кулаки, затряслись. Лицо посерело. Вены почернели, а когда Дементий Павлович распахнул глаза, то вместо двух вертикальных щелок на мир смотрели два огромных черных блюдца – с такими же глазами Чубарый пару раз умудрился приковылять на работу в состоянии полного обдолбыша.

– ЗЛОДЕЙ! – проревело Лихо. – НЕ УЙДЕШЬ!

Дементий Павлович замахнулся баночкой со стальными опилками и кинул ее на оглушенное чудовище. Затем сделал веточкой небольшой круг, наведя на стальные опилки, и воскликнул:

– Вѯорвись[4]!

Баночка взорвалась, осыпав Лихо с ног до головы стальным опилками. Чудовище истерически взвыло – у Сазановича чуть кровь из ушей не пошла.

Настолько этот вопль пробирал. Следы от стальных опилок оставляли дымок и явственно тлели. Лихо медленно начало метаться из стороны в сторону своими тяжелыми шагами. Руками оно, конечно, размахивало – будь здоров. Разок-другой чуть не зацепило Сазановича, а мольфар, знай себе, скакал у его ног, уворачиваясь с умопомрачительной скоростью.

Лихо осторожно открыло свой огромный глаз и сразу же заметило Дементия Павловича. Потянуло к нему свою огромную лапу. Мольфар выставил руку с веточкой и крикнул:

– Щитъ[5]!

Воздух над Дементием Павловичем замерцал, заискрился, и рука Лиха с противным звуком наткнулась на барьер, который от чужеродного касания осветился серебристой гладью.

Лихо зарычало и резво занесло кулак, который опустило на барьер. От удара посыпались во все стороны искры, и руку Лиха отбросило. Павлович тут же сбросил щит, направив веточку по траектории между ног.

– Прѣмещенїѥ[6]!

Павловича свернуло в ленточку, которую унесло прямо к ногам Лиха.