Асмодей никогда не смеется

Короткие волосы – не раз окрашенные, и в этот раз темные корни от прежней покраски остались, а в остальном блонд.

Винницкий наспех открыл дверь.

– Солнышко, здравствуй! – Дина Тимофеевна обняла внука с порога, и Винницкий взаимно оплел руками шею бабушки. – Как ты? Как вступительные? Мне же важно, чтобы ты поступил.

– Здравствуй, бабуль. Я живу почти так же, как и всегда, а с МВД, похоже, пролетаю. Не удивительно…

– Солнышко, – Дина Тимофеевна коснулась щеки Винницкого, – не смей думать об этом ужасном человеке.

Ты не он. И когда-нибудь эта женщина, – бабушка повысила голос, завидев выходящую в прихожую Милану Эдуардовну, – поймет это!

– Что именно пойму?

– Не сносная, девчонка! – фыркнула Дина Тимофеевна. – Вся в отца своего, земля ему пухом.

– Привет, мам, – мать улыбнулась, обнимая бабушку. Взгляд ее случайно скользнул по Винницкому, и тот потупил свой – он не хотел видеть изменение выражения лица матери.

– Здравствуй, доченька. Почему ты не позвонила своим знакомым в университет МВД? – возмутилась Дина Тимофеевна.

– Твой сын боится, что не пройдет туда.

– МВД? – Милана Эдуардовна перевела взгляд на Винницкого – не хотя, это было видно по ней, да и взгляд ее сменился, как это было всегда, когда она смотрела на него. Искры радости в яшмовых глазах потухли, сменившись пустотой и иголками страха.

– Да, веди ты себя с ним как с сыном, а не как с изгоем, знала бы об этом. Ох, чего уже из пустого в порожнее лить? – Дина Тимофеевна вошла в гостиную. – Влад – ну, Таськи внук – на север улетает.

– Чего он там забыл? Аню никто не собирался переводить.

– Да не в том дело.

Со стороны открытого окна раздалось карканье, и Винницкий выглянул на улицу. По Краснодару носились вороны, причем в таком количестве этих противных птиц редко когда можно было увидеть. Одни садились на балконах, скача по перилам. Другие летели дальше.

– Поступил в очень престижный лицей, – сказала Дина Тимофеевна.

– Лицей? Это же средняя учебка, – заметила Милана Эдуардовна.

– Этот еще как в царские времена вышкой был, – выставила руку бабушка, – так ею и оставался.

Даже при советской власти не прикрыли его.

– А на что поступил-то? На бюджет?

– Там этого нет, – махнула рукой Дина Тимофеевна. – Ни бюджета, ни коммерции этой вашей. У них своя программа какая-то. Таська же тоже заканчивала его.

– Аня вместе со мной училась в университете МВД, – задумчиво произнесла Милана Эдуардовна.

– Она туда и не попала бы, – усмехнулась Дина Тимофеевна.