Асмодей никогда не смеется

«Гарри Поттера» смотрел?

– И читал.

– Отлично, значит, кто такие мракоборцы знаешь. О ведьмаках слышал?

– Даже играл.

– Эти ребята что-то вроде золотой середины между мракоборцами и ведьмаками, – ворон кивнул сам себе, как бы утверждая сказанные слова. – Опасные люди. Они изоляционисты, но их достаточно много. Много кто из Марибора становятся ими.

– И как они себя называют?

– Малефикарами кличут они себя.

– Так, – Дина Тимофеевна всплеснула руками, – хватит о профессиональном будущем. Ты лучше скажи, что тебе требуется на первый учебный год?

Винницкий опустил глаза на листок, на котором аккуратным почерком было выведено два списка необходимых вещей.

Среди прочих был список необходимой формы, которая звучала очень необычно. «МАРИБОР. ЛИЦЕЙ МАГИЧЕСКИХ И МИСТИЧЕСКИХ ИСКУССТВ» – от заглавия Винницкий ожидал, что форма будет из раздела американских сериалов про подростков, которые обучаются в элитных учебных учреждениях. Но в списке числился мундир для официальных мероприятий, а для повседневной деятельности предлагалось носить либо кафтан, либо мантию.

– Мантии. Звучит очень знакомо.

– Шуба на меховой подкладке? – Дина Тимофеевна заглянула через плечо внука в список.

– Марибор верен традициям, – каркнул ворон.

Винницкий вытащил второй лист, на котором расписали перечень учебной литературы. Имена были почти все не знакомы, за исключением Парацельса, под чьим авторством числилась некая «РЕЦЕПТУРА ЗЕЛИЙ В МАГИЧЕСКОЙ ПРАКТИКЕ», и Михаил Ломоносов со своими работами «ПЕТЕРБУРГСКИЙ БЕСТИАРИЙ».

Причем обе книги Ломоносова явно были из одного цикла, но одна содержала приписку «НЕКРОФАГИ», а вторая «ДУХИ И ПРИЗРАКИ».

– Ломоносов написал учебники для Марибора? – Винницкий с недоверием глянул на ворона.

– Он учился в Мариборе.

– Чего?

– Чего ты сказал, вмять? – Дина Тимофеевна утробно выдохнула, как хрюкнула, и высоко подняла бровь.

Винницкий перевел взгляд с ворона на бабушку и обратно.

– А еще мне запрещают выражаться.

– Ну да, – ворон кивнул, – учился. Был бестиологом – между прочим, первым, организовавших магических созданий по семействам.

Правда, умер из-за этой работы.

– Насыщенная жизнь.

– Да.

Винницкий вернул взгляд на список и имя, стоявшее выше Парацельса, не мало удивило его.

– Николас Фламель?

– А что, известный алхимик.

– Тоже учился в Мариборе?

– Нет, – протянул ворон. – Насколько мне известно, он выпускник общеевропейской академии магии – «Каллатис», если память мне не изменяет. В Риме находится.