Кровь и Пламя

- Стараниями Ваших людей поздно лёг, - тот мрачно взглянул на турка, - Стараниями муэдзина в соседней мечети, рано проснулся.

- Говорят, когда император Фридрих вошёл в Иерусалим, - его собеседник говорил размеренно, взглядом изучая Лисицына, - Первым делом он спросил у пришедших к нему шейхов и эмиров, а почему не слышатся голоса муэдзинов, которые ему были так по-душе? - он отпил кофе, глядя, как русский вздохнул, - Шейхи и эмиры удивились словам императора, но исполнили его волю, азан снова зазвучал с минаретов.

- К сожалению, этот город не похож на Иерусалим, а я на императора Священной Римской Империи, - скривился Лисицын.

- По погоде сегодня похож, - улыбнулся турок, - Хотя да, Иван Тимофеевич, Вы на императора не похожи, увы.

- Так сложились обстоятельства, Вы же в курсе о ночном происшествии на горе Броккен?

- Вы действительно считаете, что я буду вести беседу на эту тему? - Хаким удивлённо посмотрел на русского и откинулся на спинку своего плетёного кресла.

- Сдаётся мне, вчера вечером Эмма Вайцзеккер предложила Вам ничего не предпринимать в сложившихся обстоятельствах, а потом скоропостижно скончалась, а Вы посчитали себя свободным от обещаний?

- Что-то последнее время я словно на базаре, - ухмыльнулся турок, - Чувствую себя, как Мустафа-бей.

- Вы умираете? - наигранно удивился Лисицын. Желваки на скулах его собеседника мгновенно заиграли.

- Вам никогда не предлагали отрезать язык, Иван Тимофеевич? - Хаким прищурился.

- Предлагали, но я каждый раз отказываюсь, - теперь русский уже откинулся на спинку кресла, - Да и сейчас вряд ли Вы всерьёз мне подобное предложите.

- Мне даже стало интересно послушать, почему?

- Убивать должностное лицо при исполнении, когда его страна остаётся всё ещё в стороне от драки за германскую землю? Мне кажется, или это не очень умный ход?

- Во-первых, уже не в стороне, - улыбнулся Хаким, - Во-вторых, что нам сделает Россия, выскажет озабоченность? Ну, и в третьих, Вас это всё равно не спасёт.

- Хаким, пока Ваши люди не натворили никаких дел, за которые в приличном обществе порицают, верните Марту Мирбах, - Иван внимательно смотрел на собеседника.

- Кому, Вам? - тот огладил бороду.

- Её семье, я здесь совсем не по её душу приехал. И в мои планы не входило разбираться с ракшасом и какими-то турецкими ассасинами.

- Я предлагаю Вам, Иван Тимофеевич, и дальше не заниматься этим делом. Я понимаю, что Вы здесь ради Аненербе и их оккультных тайн, - в голосе турка прозвучала угроза, - Вот и занимайтесь ими.