Натиск с Ригеля

 – Я хочу кое-что сказать… Что нам здесь нужно сделать, так это заново построить цивилизацию. Несомненно, в живых осталось больше людей – если не в Нью-Йорке, то в других местах. У нас есть две задачи – связаться с ними и выяснить, чем можем им помочь. Мистер Бивилл собирается узнать о втором вопросе для нас, но мы можем многое сделать, не дожидаясь его.

– Во-первых, есть та забавная птица, которую мы все видели и которая преследовала Робертса. Могут быть и другие, подобные ей, и множество новых странных форм животной жизни вокруг, которые были бы опасны для нас.

Поэтому я думаю, что стоит в очереди вопрос на получение какого-нибудь оружия. Мисс Лами, вам и мистеру Толфсену поручено найти хозяйственный магазин и найти оружие и патроны… Что касается остального, я открыт для предложений.

Все заговорили одновременно.

– Подожди минутку, – сказал Бен. – Давайте разберем все по порядку. Какова была ваша идея, мистер Стивенс?

– Организуйте регулярные поисковые группы.

– Очень хорошая идея. Нам даже не нужно ждать рассвета.

Все, кто умеет водить, берите машину и мчитесь вперед.

– Рентгеновский аппарат будет ужасно полезен в моей работе, – сказал Бивилл. – Интересно, нет ли какого-нибудь способа получить достаточно тока, чтобы запустить его.

– Насколько я помню, это здание снабжается собственным током. Мюррей, вы с Мэсси бегите вниз и разведите огонь под одним из котлов. Что-нибудь еще?

– Да, – ответил Дэнджерфилд, редактор. – Мне кажется, что первое, что попытался бы сделать любой другой человек в мире, если бы его превратили в такую жестяную куклу, как эта, – это достать радио.

Как насчет открытия вещательной станции?

– Я не знаю, сможете ли вы получить достаточно энергии, но вы можете попробовать. Сделайте это. Вы что-нибудь понимаете в радио?

– Немного.

– Хорошо. Выберите кого хотите в качестве помощника и попробуйте. Есть еще идеи?

– Какой сегодня день? – спросила Ола Мэй Робертс.

Никто об этом не подумал, и внезапно до собравшихся дошло, что последнее, что они помнят, это то, как снег на крышах свидетельствовал о холодном феврале, в то время как сейчас все деревья были в листве, а воздух благоухал весной.

– Вот ведь… я не знаю, – сказал Бен. – У кого-нибудь здесь есть какие-нибудь идеи о том, как это выяснить?

– Для точного определения потребуется опытный астроном и некоторые вычисления, – сказал Бивилл. – Нам лучше установить произвольную дату.

– Хорошо, тогда сегодня 1 мая 1947 года.