Дочь Водяного

К облегчению Михаила, Лева благополучно добрался до домовины, которая сейчас выглядела гостеприимной избой, почти что пряничным домиком, и теперь сидел на коленях у деда, с аппетитом уминая пряник.

– Явился не запылился, – ласково поглаживая по голове Левушку, приветствовал Михаила дед. – Хорошо, что свистушку-мать, которая не способна присмотреть за дитятей, на привел.

– Зачем ты его позвал? – забирая сбитого с толку и явно размышлявшего, стоит ли поднимать рев, Левушку, строго спросил у старого волхва Михаил.

– Потому что он будущий шаман – наследник моего ведовства! – безжалостно припечатал дед. – А ты как был жалким писакой и недоучкой, так, видимо, и останешься.

Михаил ничего не сказал Вере, Левушка тоже молчал, только попросил научить играть на дудочке и уже через пару занятий без труда подбирал несложные мелодии и потихоньку учил нотную грамоту. Вера умилялась, прочила сыну блестящее будущее, советовалась с Леной, женой Владимира Царева, которая уже водила Машу в музыкальную школу.

А Михаил видел, что шаманская сила сына растет буквально с каждым днем.

Сам он провел в сомнениях почти целый год, но так ничего и не надумал. А потом позвонила Лана.

Великий кузнец Вселенной

– Он вернулся, – сообщила Лана, прекрасно зная, что Михаил поймет, о ком идет речь.

Сердце Михаила ухнуло куда-то вниз, пропуская удар, легкие, словно оттуда испарился весь сурфактант * , слиплись в единый ком. Он этого ждал, и все равно оказался не подготовлен. Не стоило после победы над Ищеевой успокаивать себя обманчивой иллюзией безопасности, следовало сразу довершить дело до конца, не давая выползню опомниться и накопить силы.

Если бы он, пройдя посвящение, подчинил духов, уже десять раз сумел бы отыскать заклятую иглу и обратить Хозяина Нави в прах. Но сделанного, вернее, не сделанного не воротишь.

– Не знаю, кто ему после исчезновения ведьмы помогал, – продолжала Лана. – Но за прошедшие годы он стал еще сильнее. И по-прежнему хочет меня забрать, превратив мои владения в безжизненную пустыню!

Михаил поморщился как от сильной зубной боли или, скорее, увесистой оплеухи.

Он всегда брезговал магией Нави, считая ее слишком грязной и темной, а между тем ему следовало лучше осмотреть боевую вайнахскую башню, в окрестностях которой в последние годы продолжала литься кровь. Похоже, Елена Ищеева хотя и не преуспела с ритуалом возврата, но предприняла некоторые шаги к тому, чтобы даже в случае ее гибели патрон мог получать подпитку.