Дочь Водяного

Благо среди миротворцев, охранявших памятный аэропорт, оказались дослужившийся во время Второй Кавказской до майора Берген Хотоев, а также Артем Балобанов и Саня Боровиков, которые, окончив военное училище, получили лейтенантские погоны. В этой же горячей точке работал и Роман Коржин. Корреспондент из Наукограда тоже знал сербский и после этой командировки надеялся получить место на одном из центральных каналов.

– Не переживай! – успокаивал Михаил безутешно рыдающую у него на груди жену. – Там мои друзья, значит, со мной ничего не случится.

Он хотел рассказать ей про дудочку, но не решился. Чуткая Вера и сама, кажется, о чем-то догадывалась. Тем более что Левушка к прадедовому наследию так и льнул. Впрочем, не меньший интерес малыш проявлял и к пылящемуся сейчас без дела отцовскому гобою.

И все же зря Михаил сам себя успокаивал, поверив в то, что дед Овтай, который больше о посвящении речи не заводил, смирился с нежеланием праправнука сделаться полноценным шаманом и отпустить пращура на покой.

Лето жена с Левушкой проводили в деревне. Вера, оставив сына на бабушек и дедушек, когда требовалась помощь, вырывалась в Рязанский музей и мастерские или выполняла какие-то заказы на дому. Михаил на даче бывал наездами в основном по выходным, если не случалось форс-мажора или его не отправляли освещать какое-то важное событие.

По соседству с ними обосновались Царевы, у которых помимо дочери тоже подрастал сын Ванечка, ровесник Левы. Михаил и его родители сосватали молодой семье за приемлемую цену крепкий пятистенок и теперь помогали обустраиваться и приводить в порядок сад и огород.

В этот день дети вроде бы играли вместе и даже под присмотром кого-то из бабушек. Но потом певунью Машу девчонки позвали готовить концерт для родителей, а Ваня залип на муравейник, наблюдая за процессом постройки и высаживания на растения тли. Лева естественнонаучные интересы друга разделял, но без фанатизма, сначала заскучал, а потом нашел занятие по душе.

Когда Вера хватилась сына, его не оказалось ни на своем участке, ни у Царевых. Кто-то из деревенских видел, как он уходил по направлению к лесу. Михаил внутренне похолодел, но убедил жену, что справится сам. Он знал, куда пошел его сын. Он сам этой дорогой уже много лет ходил и в первый раз был ненамного старше четырехлетнего малыша.